Всё коварство варгов

убежища толпу городской стражи с факелами, да людей барона Фридриха со рвущимися с поводков собаками… Тогда у меня такой забег по городу был – что даже с сегодняшним не сравнить!
– Да, сколько верёвочке не виться… а всё одно у воров конец один – быть им ловленными! – многозначительно подметила Мирра. С неким превосходством фыркнув затем: – Это вам ещё повезло, что всё происходило в Империи, а не у нас – в Элории! Тут бы мы вас мигом на чистую воду вывели, а не спустя два года!
– Просто мы были крайне осторожны, – пояснил я. – Я не шиковал – только изредка продавал безвкусную и ничего не стоящую мелочёвку. А самые ценные, красивые и приметные драгоценные побрякушки Аннель оставляла себе… Их у неё целый сундучок набрался к концу…
– Так-так… – глотнув вина, медленно протянула напряжённо размышляющая над чем-то Лара. И многозначительно сказала своим сродственницам: – То-то мне сразу не понравилась помощница мастера-ювелира, у которого мы забирали артефакт… Слишком сильные и противоречивые эмоции она испытывала во время разговора с нами…
– За старое взялся, ворюга? – достаточно быстро сообразив куда она клонит, напустилась на меня сдвинувшая брови Мирра. – Порядочных девушек портить?!
– Лидия тут совсем не причём! – побледнел я, осознав к каким катастрофическим выводам пришли варги. Да немедля попытался уверить их: – Сам я на вас вышел! Сам!
– Ага, а имя-то её знаешь! – немедля уличили они меня. А Лара ещё снисходительно обронила: – Всё же правду говорят, воры – рабы привычек. И очень редко меняют привычный образ работы. – После чего успокоила, видя, что я твёрдо намерен стоять на своём: – Да успокойся ты. Нет нам никакого дела до твоей подружки.
И у меня прямо от сердца отлегло… Ненадолго.
– Тем более что именно она и сдала тебя! – взявшись демонстративно разглядывать коготки на своей левой лапке, с откровенным злорадством сообщила мне Мирра.
– Что?! – непроизвольно разинул я рот, не поверив своим ушам.
– То! – с удовольствием отрезала темноволосая хищница. А тихоня Вэлэри мягко пояснила: – Когда мы забрали артефакт, эта девушка, провожая нас к двери, взволнованно предупредила, чтобы мы были осторожней. Так как она видела, что рядом с нами крутился какой-то парнишка вороватой наружности… Не иначе желающий нас обнести!
– Вот так-то! Предала тебя твоя здешняя подельница, сдав с потрохами! – торжествующе произнесла Мирра, видя моё смятение. Нравоучительно заметив потом: – Заруби себе на носу, ворюга – обычным девчонкам верить нельзя! Только варгам!
От саркастичной усмешки в ответ на это заявление, а уж тем паче – от выражения скепсиса, я счёл за благо удержаться. С толикой надежды подумав: «Лучше подыграть варгам… Может, подобреют тогда, да просто сдадут меня страже?..»
Это, похоже, были наивные мечты. Потому как, даже покончив с моим допросом – видимо выведав всё что их интересовало, юные хищницы и не подумали о смягчении моей участи. Проще говоря – и не подумали отпустить, надавав тумаков, или сдать нашим городским блюстителям порядка. Вместо этого они налили себе ещё по бокалу вина, и, попивая его, принялись на меня пялиться – нет-нет заговорщически переглядываясь меж собой, да многозначительно ухмыляясь. Демонстрируя при этом мне свои здоровущие клыки во всей красе! Отчего у меня само собой участилось сердцебиение.
Ненадолго в комнате повисло напряжённое молчание. Которое нарушила Мирра. Уставившись мне прямо в глаза, она едва ли не промурлыкала:
– Так что будем делать с этим наглым ворюгой, девочки?.. – и, не таясь, плотоядно облизнулась, видимо поддавшись звериному желанию.
«Сожрут!» – мелькнула у меня паническая мысль, и я невольно сглотнул и подался назад.
Скажем иначе – попытался податься. Вэлэри, которая в отличии от Лары не отлипла от меня по завершении допроса, не дала мне убраться подальше, цепко уцепившись в меня. А там и та блондинка, что повыше пришла ей на помощь…
– Не надо!.. Пожа… – взмолился я, глядя Мирру, поднявшуюся с мягкого табурета и с хищной улыбкой на лице потянувшуюся ко мне.
И замер, не договорив. Ведь в это время тихоня Вэлэри, которую я посчитал за самую добродушную особу из этой троицы, застенчивую и совершенно неспособную на жестокость девчонку, издав какое-то едва уловимое вибрирующе-горловое мурлыкание, приблизила своё лицо к моему! И… И предвкушающе-неторопливо провела широким языком вверх – от правой стороны моего подбородка, по щеке, и практически до самого глаза! Медленно отстранилась, чуточку смущённо разглядывая меня, сидящего с бешено колотящимся сердцем и изо всех сил старающегося не коситься на неё, чтобы не провоцировать… А потом – Р-раз! да как вцепится мне в