Всё коварство варгов

неуверенно: – Ну, наверное… Дураков идти дальше просто не находилось до сих пор…
– Дураков, может, и не находилось, а вот смертников гоняли, – хмыкнул Шелби, знающий явно поболе Люмо. И поделился с нами: – Те хотели проскочить с разбега, так на четвёртом шаге от них лишь скелет оставался, а на пятом – лишь облачко праха…
– Да что там говорить, – махнул он рукой разговорившийся Молчун. – Если запущенный в виражное окно жилища Древнего мага камень не долетает до него! На половине пути разлетаясь в невесомую пыль!
Я впечатлился – это ж реально какие эоны времени должны миновать, чтобы камень рассыпался прахом?..
И… и я прямо зауважал своих спутников – они, похоже, все Пустоши излазали, во всех интересных местах побывали, раз с таким знанием дела о них рассказывают.
– Эх, попасть бы туда, когда кокон спадёт… – мечтательно произнёс Трепач.
– Мечтай, мечтай, – посмеялся над ним Пат. – Кокон безвременья-то спадёт, а другие ловушки для незваных никуда не денутся! – И беззлобно подначил его ещё: – Забыл уже, как ты «Дорогу к Небу» одолеть пытался!
– А вы видели её сами? – встрепенулся я. Вот это загадочное чудо Пустошей всегда манило меня…
– Да, намеренно как-то свернули к ней, – ответили мне охотники.
– Ну и что, как там? – жадно спросил я у них – у реальных очевидцев, которых не так много. Просто очень далеко она расположена в Пустошах и добычи там нет никакой.
– С виду – поразительная штуковина, – поторопился ответить Трепач. – Впечатление производит – неизгладимое. Представь себе огромную, четырёхгранную, да со срезанной верхушкой, пирамиду, словно целиком выточенную из какого-то неведомого дымчато-голубого камня – с виду похожего на туман с золотыми прожилками. Стены – идеально гладкие, так словно невидимым жиром намазанные, не влезть по ним, не подняться. И на одной стороне её – ведущая к вершине широкая дорожка из высоких ступеней.
– Коих ровно сто и одна, – счёл нужным уточнить этот момент Молчун.
– Ну! – энергично подтвердил Марвин. – Два раза пересчитывали!
– И… И как оно?.. – задал я ему самый волнующий вопрос, памятую о словах Шелби о том, что Трепач пробовал взойти на вершину этой необычной пирамиды.
– Да как-то не очень, если честно, – замялся Трепач, а остальные начали прятать ухмылки. Но потом всё же неохотно выдавил из себя, покраснев: – Всё так как рассказывают – восходишь на первую ступень, и… понимаешь какой ты… червь ничтожный… – А его более разумны товарищи – не ставшие видимо испытывать судьбу, уже открыто заржали.
– Такое накатило… – сознался Марвин, и головой даже помотал: – Просто – бр-р-р!
– И всё?.. – с толикой разочарования протянул я.
– А на следующую ступень я не то что не смог – не решился подняться… – извиняюще развёл руками Трепач. – На ней же высветилась рунная надпись, однозначно указывающая на то, что там меня ждёт испытание болью… – И поёжился: – Даже не хочу представлять что там за изуверство такое…
– Ну а что ты хотел, Тим? – вмешался всё ещё посмеивающийся Пат. – Ведь это первая и единственная ступень, с которой можно невозбранно соступить. Поднявшиеся выше этого сделать уже не могут… Вроде как древний артефакт выказывает своё презрение к осознавшим свою ничтожность людишкам… Так что если бы Марвин шагнул выше, то его бы рядом с нами сейчас не было…
– Валялся бы рядом с этой дивной пирамидой дохлый, – вставил своё веское слово и Мэтьюс.
– Ну или обрёл бы божественное могущество, добравшись до самой вершины, – впервые за всё время пошутил Эван.
И все – кроме меня и криво улыбающегося Марвина, опять заржали.
– Это лишь фантазии, – заметил затем Патрик – для меня. – На самом деле это всего лишь самая популярная догадка касательно предназначения этой пирамиды. Наряду с той, что так Древние маги искали себе Одарённых учеников, способных ступить на одну ступень с богами.
– Самое прикольное во всём, что ты будто вырезаешься из мира ступив на эту лестницу, – поделился ещё погрузившийся в воспоминания Люмо. – Будто исчезает всё вокруг… Остаётся лишь эта пирамида, стоящая посреди неведомо откуда-то взявшейся огненно-красной пустыни…
– И от человека, ступившего на «Дорогу к Небу» остаётся только призрачный силуэт. И – все звуки исчезают… – поделился наблюдениями со стороны Шелби. И хмыкнув, покачал головой: – Да это чудо так чудо…
– Жестокое чудо… – вставил Молчун.
– А есть ещё лабиринт Ашари… – после непродолжительной паузы заметил Трепач. – Вот где красота и истинная загадка…
Но развить тему у него не вышло, его перебил Мэтьюс:
– Так, хорош трепаться, нам надо ещё с местом для привала определиться.
И мы, полюбовавшись