У нас аж волосы от ужаса подниматься стали, когда мы осознали её глубину! Как бы не милю! А то и глубже!
– А самое паскудное знаешь что? – неожиданно спросил он у меня, разинув рот слушающего эту историю из его прошлого. Я отрицательно помотал головой.
– Он не разбился! – мрачно сказал Молчун. – Плита эта оказалась типа магического подъёмника. Работающего… И плавно замедлила своё стремительное падение в конце… И вот сидит наш незадачливый товарищ в этой каменной мышеловке и воет… А у нас просто представления нет, как его достать оттуда. Такой длинной верёвки в природе, наверное, не существует – не выдержит своей собственной своей массы. Так что нереально его спасти…
– И что потом? – жадно спросил я у примолкшего Молчуна.
– Да сутки провозились, головы ломая, но так и не нашли решения, – совсем уж тускло ответил Молчун. – А на второй – наш приятель сам нашёл выход…
– Что, вылез?! – не поверил я.
– Да не… – отмахнулся Эван. – Понял всю безнадёгу своего положения, хлебнул для храбрости вина – он целую фляжку с собой таскал, чтобы при случае отметить богатую добычу, как он говорил, и горло себе вскрыл… Плита-то с его мёртвым телом вверх и поднялась…
Поведанная история заставила меня с преогромным подозрением осмотреть пол коридора перед нами – набранный к счастью из совсем небольших плиток! Край как не хочется в такую хрень угодить…
– Ну мне такого видеть не приходилось, – задумчиво поведал Трепач. – Но кое-что наподобие я своими глазами наблюдал… – И не дожидаясь просьб рассказать, продолжил: – Был у нас, значит, случай… До того как я с Мэтьюсом встретился, ходил с другим отрядом – команда, если честно, одна шваль была, к коей я сдуру сунулся. Ну и вот, надыбали мы одно богатое место – не то поместье, не то загородный дом и чистим его. Хватало там в подземелье и столового серебра и хрусталя изысканной работы, что за золото заберут. И один наш вороватый товарищ отбился ото всех… Тайник в стене одного склада обнаружив… Вскрыл его втихаря, а там в потайной нише, стоит коробочка из резной белой кости… похоже как с женскими украшениями – просвечивают они через ажурные бока. Он туда сразу жадно сунулся – руками цап её! А оттуда – Пух! И спалило ему руки до локтей!
– Офигеть, да? – жизнерадостно спросил он у меня в заключение.
– Ага… – растерянно согласился я с ним, бросая взгляд на свои целёхонькие руки. И пересиливая непроизвольное желание спрятать их за спину. А ну как магия Древних может как-то определить воров среди остальных?..
– Ну у меня тоже есть история о том как Древние не любили ворьё, – кашлянув, сказал Пат. Уточнив: – Правда там никто не умер… – И хмыкнул. – Вот только повезло им или нет, это ещё вопрос. – И все – за исключением меня, не слышавшего в отличие от остальных этой истории, немедля криво заухмылялись. – Тоже дело было в подземном коридоре. Шёл по нему небольшой отряд и шести человек. Давно уже лазали по подземелью – всё проверили, нигде никакой опасности нет, ну и забили на дальнейшую проверку. Уверились, так сказать, что путь чист… Ну и смело шагают вперёд. А там – Фьють! Словно огненная струна пронеслась по коридору в десятке дюймах над полом! И срезала им всем ноги!
– Мрак! – выдохнул я, поражённый изуверским коварством Древних, живо представив себе происходящее.
А Патрик безрадостно закончил:
– Тем спаслись, что в людном месте промышляли. Вытащили их из Пустошей сердобольные братья-охотники когда они вылезли из подземелья на божий свет… Но, понятно, жизнь не жизнь теперь у них – безногих-то… Несладко это, на деревяшках-то вместо ног шкандыбать… А на высшее заклинание исцеления денег им, понятно, вовек не собрать…
– И чё делать-то будем?.. – осторожно спросил я, уже с явственной опаской оглядывая коридор перед нами и не испытывая желания соваться в него.
– Да сокровища искать, конечно, – ухмыльнулся Трепач. И… безбоязненно совершенно ступил за дверь!
– Просто осторожно, – вставил веское слово наш командир. – Потому как осторожность для охотника самое важное. Утратил осторожность – считай мертвец.
Двинулись мы вперёд достаточно плотной группой – со мной и моим длинным щупом на острие атаки, проверяя всё на своём пути и открывая поочередно каждую встречающуюся дверь. Благо замков на них тоже не обнаружилось, лишь простенькие засовы были. И с каждой такой распахнутой дверью лица у нас – у меня так точно! всё больше вытягивались. Ибо пустота кругом! Нет, раньше тут что-то было, так как наткнулись мы, несомненно, на кладовые, но остались в них лишь пустые стеллажи со следами спешного сбора всего, да и всё. В винной комнате