произнесла она, – я хотела позвонить, но была занята, и…
– Ну конечно, – прервала ее Молли, снова откусывая от рулета, – занята тем, что околачивалась у Майка Феллона.
– Очередной выпуск новостей, – пробормотала Нора.
Положительно, в Тесоро ничего нельзя скрыть: все знают обо всех все и каждый считает себя вправе распространять сведения, где только ни появится. Да, она проводила у Майка столько времени, что удивительно, как это ее мать еще не заказала приглашения на свадьбу.
– Так что все-таки там происходит? – допытывалась Молли. Неожиданно она поперхнулась и замолчала. Справившись с приступом кашля, она почти беззвучно выдохнула: – Ты же не была… ты не живешь с Майком Феллоном?
– Нет, – ответила Нора так возмущенно и резко, что ее невозможно было заподозрить во лжи. – Я по-прежнему отношусь к классу старых дев, которых надлежит пристреливать.
Молли охнула и отпила кофе.
– Жаль.
Нора перестала месить тесто.
– Ты разочарована?
Молли рассмеялась.
– Пойми, я старая замужняя женщина, я вынуждена жить чужой жизнью.
– Можешь мне поверить, в моей жизни ты не найдешь ничего интересного.
Не выпуская из рук кофе и тарелки с рулетом, Молли подошла ближе.
– Нора, что происходит? Ты что-то от меня скрываешь?
Нора застыла и затем принялась с силой мять кусок теста. Даже Молли она не признается, что привязалась к человеку, о котором слишком хорошо известно, что он – безнадежный вариант. В этом она не признается даже себе.
– Что-то есть.
Нора не успела признать свое поражение перед своей инквизиторшей и выплеснуть ей всю правду, когда из соседнего помещения послышался вопль. Нора тряхнула головой и усмехнулась:
– Это как будто Трейси.
– Да. Поспешу на помощь Донне Диксон. Сегодня отвезу ребенка к маме Джеффа. – Молли направилась к двери, но вдруг остановилась и оглянулась: – Я все-таки хочу знать, что у тебя происходит. И о сегодняшнем свидании хочу услышать все. Так что позвонишь?
Нора только кивнула.
– Обязательно выложу все. Как только разберусь сама.
Майк бродил по неосвещенному дому, стараясь не думать о том, что сейчас делает Нора. И с кем.
Эмили заснула, и в доме воцарилась тишина, сводящая Майка с ума. Уже ничто не могло его отвлечь от мыслей о женщине, о которой ему не полагалось думать. А ведь она уже на своем свидании с заместителем шерифа, размышлял он, стоя у окна.
Он отвел взгляд от собственного отражения в стекле, и тут же перед глазами замелькали образы, которые упорно поставлял ему мозг. Он без труда увидел ее – в коротком черном платье, в котором она была на свадьбе, которое подчеркивало каждый изгиб ее тела, вызывая у мужчин слюноотделение при мысли о том, чтобы стянуть с нее это платье. Майк ясно видел все: заместителя шерифа, как он наклоняется через стол и заглядывает Норе в глаза, как нежно гладит ей руку, как Нора улыбается этому человеку (не ему)… Какой-то узелок образовался у него в груди, такой плотный, что, пожалуй, задушил бы его.
Девственница.
Да она ягненок в стае волков.
А если заместитель распустит руки так же, как Билл Хаммонд? А если Нора ответит отказом, а парень с ней не посчитается? А если ей понадобится его, Майка, помощь, а он торчит тут, на ранчо?
Решено.
Майк подошел к телефону, стоявшему на прикроватном столике, нажал на кнопку и, ожидая завершения автоматического набора, заметил вазу с цветами. Кончиком пальца он провел по лепестку.
Цветы.
Их оставила Нора.
В последние две недели он стал замечать кое-какие перемены в доме. Нора привозила цветы и расставляла их в вазах, кувшинах, стаканах. Купила несколько подушечек, которые украсили старые кожаные диваны в большой комнате, повесила шторы и по-другому разместила картины на стене. Она дарила Эмили ленточки для волос, а в последние дни взяла на себя обязанность готовить обеды на троих. Она заполнила дом, от нее не укроешься, даже когда ее здесь нет. В воздухе витал аромат ее духов, проникавший в сны Майка. Воспоминания мешались в его мозгу, и он не мог избавиться от ее смеха.
Он крепче сжал трубку, когда услышал на другом конце провода:
– Алло.
– Рик, это я, – с трудом выговорил Майк. – Можешь подъехать ко мне, посидеть с Эмили? Мне нужно съездить в город.
Сет Томас – славный человек.
Даже классный.
Так почему же в ее мозгу не звенят звоночки? Почему не закипает кровь? Почему она не чувствует зуда и жжения в теле? Она сидит напротив него за столиком и вполуха слушает его рассказ о тренировках в полицейской академии. Кивает, когда нужно, поощряет его улыбками, но, если говорить по правде, ей скучно. Ну, допустим, она не намерена выходить замуж за Сета,
