Все рассказы и повести Роберта Шекли в одной книге

Борден. Вы выглядите и разговариваете, как деревенская леди, совсем непохожая на жительницу Бостона или Нью-Йорка.
— Вот уж точно! — вскричала Лиззи. — Мои родители выросли в деревне. Знаете, у нас была своя ферма, даже когда мы жили в Фолл-Ривер. Я часто помогала консервировать продукты и делать запасы на зиму.
— Как бы мне хотелось поесть чего-нибудь настоящего, — грустно проговорил Джесс. — Такое впечатление, что в Аду работа на земле никого не прельщает. Здесь все только и делают, что дерутся и ругаются друг с другом. Времени хватает лишь на иностранную еду быстрого приготовления.
Джесс чувствовал себя намного лучше, когда находился рядом с Лиззи. Вряд ли он смог бы сказать почему. Красавицей ее не назовешь. Простушка. Ничего особенного. Но возле Лиззи на Джесса снисходило ощущение покоя и мира. Она казалась такой рассудительной и здравомыслящей. А с тех пор как он умер и пришел в себя в Аду, Джесс Джеймс всегда хотел опереться на что-нибудь основательное.
Ему не удалось найти никого из своих братьев. Он не винил Сатану, понимая, что иначе и быть не может. Если ты возвращаешься к жизни в окружении родных, друзей и родных друзей, у тебя не остается времени на то, чтобы познакомиться с новыми людьми, которые постоянно сюда прибывают.
Джесс чувствовал себя среди них ужасно. Казалось, все тут невероятно высокого о себе мнения. Расхаживают повсюду и хвастаются о том, какие они великие. В особенности французы. С точки зрения хитрого жестокого деревенского парня, они слишком много на себя брали.
Однако сейчас они были в моде, ими все увлекались — громогласными грубиянами, французскими придурками с пронзительными голосами и великолепной коллекцией отбросов, собранных за пять тысяч лет или даже прибывших из более отдаленных времен, за миллион лет до Рождества Христова, когда первый разумный пещерный человек, такой, каким его сыграл Виктор Матьюр, поднял голову и швырнул в воздух кость, обозначившую начало истории а-ля Кубрик.
По счастью, теперь рядом с ним Лиззи, и они могут разговаривать о жизни в деревне. Кружки шитья, бросание подковы. Сенокос и сбор урожая. Приготовление индейки в День благодарения. Катание на возах с сеном и на санях. Зерно для цыплят, пойло для свиней. Фолл-Ривер и Джоплин не очень отличались друг от друга. Города разделяют Америку, а деревни, наоборот, ее объединяют; деревенские жители стараются держаться поближе друг к другу, ведь им нечего терять, кроме своих предрассудков.
И Джесс начал ухаживать за мисс Лиззи. Именно в это время Сад занялся созданием своих ударных взводов и вступил в переговоры с Жаном Полем Сартром, убеждая того написать пропагандистские листовки, которые вдохновят легионы жителей Ада и вернут их на консервативный путь полного ортодоксального проклятия.
И не то чтобы Сартр верил в маркиза де Сада или его доктрины. Он был интеллектуальным и моральным противником всего, что защищал де Сад. Однако Сартр всегда отличался любопытством и обладал той поразительной отстраненностью истинного интеллектуала, что позволяет увидеть суть происходящего, причем без всяких там глупостей вроде морального одобрения или неодобрения — просто взгляд художника, изучающего материал. Проект де Сада заинтриговал Сартра, ему стало интересно, чем закончится состязание между различными ипостасями зла. Себя же он рассматривал в качестве иностранного корреспондента и, поскольку бездействие было противно его натуре, писал небольшие пропагандистские листовки для Сада.
Джесс наблюдал за происходящим холодными, ничего не выражающими синевато-серыми глазами миссурийца. Вскоре Саду и его банде придется покинуть Восточный Ад. Они еще недостаточно сильны, чтобы удержать свою территорию. Однако Восточный Ад останется центром сопротивления. И придет время принимать решения. Но Джесс решил твердо — он обязательно присмотрит за мисс Лиззи Борден.
Сейчас здесь тихо. Откуда ей знать, как все меняется, когда начинается война. Джесс понимал, что такое война. Ему было известно, что в сторону Восточного Ада движется армия, которую возглавляет мистер Эдгар Аллан По. Его поддерживает целая куча европейских знаменитостей и множество известных французских поэтов.
Два центра противостояния — Новый Париж и Восточный Ад. Они не соприкасались между собой. Их разделяли другие земли. Между ними высились Карпаты, где находился новый, недавно открытый участок Ада. По туннелю можно попасть в Новый Ад. Из двух главных центров и отправлялись агенты, в задачу которых входило вербовать сторонников.

— Ты шутишь? — спросил