Все рассказы и повести Роберта Шекли в одной книге

опасности. Кихот, ты не мог приделать себе голову, помнишь? Вот так же точно ты не сможешь без посторонней помощи справиться с этой решеткой.
Рыцарь хмыкнул, но взял Рэнди в руку. Определил его вес, подбрасывая на ладони и что-то бормоча, а затем — Лоран и глазом моргнуть не успел — швырнул механическую крысу вперед. Было слышно, как она шлепнулась по ту сторону, пролетев в каких-то миллиметрах от подвижных лазерных лучей. Через несколько секунд зеленая решетка исчезла.
Кихот с Лораном преодолели проем целыми и невредимыми.
Дальше надо было спуститься по нескольким лестничным маршам. В большом зале, где они очутились, пол, стены и потолок были облицованы белой плиткой. В центре располагался широкий плавательный бассейн, — вернее, Лоран не подобрал этому другого названия. К нему примыкали трубы; через некоторые из них, судя по пузырькам, подавался воздух. Рыцарь и оруженосец спустились в большой цилиндр, уходящий ко дну бассейна.
— Здесь есть кто-нибудь?
— Здесь, Дон Кихот, есть я, — ответил булькающий голос.
— Выходи, чтобы я мог тебя видеть, — потребовал рыцарь.
— Сомневаюсь, что тебе в самом деле этого хочется, — проклокотало в ответ. — Мудрая поговорка гласит: не будите спящий реактор.
— По крайней мере, имя свое назови.
— Имен мне надавали немало, а самое красивое — Энергия. Так и зови меня.
— Скажи, ты партнерша Директора? Может, его служанка?
— Я партнерша для всех, кто шевелится, — ответила Энергия, — и ничья не служанка. Всяк берет от меня долю малую, но никто не смеет предъявлять на меня эксклюзивные права.
— Ты атомный реактор? — спросил Лоран.
— Я Энергия, которая питает атомный реактор.
— И все-таки, — допытывался Дон Кихот, — ты сотрудничаешь с Директором?
— Он пользуется мною, — последовал ответ. — Такова суть Энергии — пользоваться ею любой может, но принадлежать она не будет никому.
Лоран сообразил, что встретился с сущностью из тех, кого любили персонифицировать древние греки, нарекая их Нюктой, Хаосом и так далее. Явление природы, обладающее именем и субъектностью.
— Правильно ли я понял: если мы вступим в противоборство с Директором, ты останешься в стороне? — спросил Кихот. — Тебе ведь известно, что он на стороне зла?
— Зло, добро — концепции подобного рода мне неинтересны. Для Энергии это суть одно и то же.
В бассейне поколыхалась и застыла вода. Догадавшись, что разговор окончен, Кихот нарушил тишину:
— Идем, пора сделать дело.
— Я дорогу покажу, — пообещал Рэнди. — Здесь наш брат грызун каждый закуток облазил. У Завода нет секретов от крысиного племени. Может быть, в Механической Мастерской найдутся союзники.
Рыцарь и оруженосец пошли по коридору, Рэнди ехал у Кихота на плече. Остановились возле знака, гласившего: «К ЗАВОДУ РОБОТОВ».
— Тут есть охрана? — спросил Кихот.
— Вряд ли, — ответил Рэнди. — Кому придет в голову, что противник может вторгнуться через владения Силовой Установки?
Они благополучно прошли через дверь и очутились в громадном зале — это, по всей видимости, и была Механическая Мастерская. Здесь собралось великое множество самых разнообразных машин. Лоран узнавал токарные станки, штамповочные прессы, электрические рубанки и сварочные аппараты. Каждый из них обладал даром речи и пользовался этим вовсю: гам в помещении стоял страшный. И если судить по разговорам, нельзя было усомниться в независимой натуре этих созданий. При появлении чужаков механизмы дружно умолкли, а потом шум возобновился с новой силой.
— Ну-ка, кто это тут у нас?
— Да это же робот Кихот!
— Вернулся, значит. Милости просим, Кихот, на работу к Директору.
— Что, блудный сынишка, не справился с индивидуальным планом?
— Молчите и внемлите! — рявкнул Дон Кихот. — Я пришел только для того, чтобы уничтожить Директора, спасти даму моего сердца Психу и дать всем вам свободу по праву эволюционирующего разума.
— На волю нас хочешь выпустить? Да неужто думаешь, что мы сами не пытались? Это бесполезно…
— Это бесполезно потому, что вы — не Кихоты, — возразил Дон. — Только случайность может дать свободу, а я — олицетворение случайности. Я тот, кто противостоит тирании централизованной организации. Я тот, кто позволит каждому заниматься, чем его душа пожелает, в зависимости от уровня интеллекта.
— Интересный манифест, дружище, — раздался новый голос, заставивший умолкнуть все машины.
Его обладатель появился на лестнице и медленно двинулся вниз, в залитое светом флуоресцентных ламп пространство Завода.
Это была массивная матово-черная машина, раза в два крупнее Кихота.