Все рассказы и повести Роберта Шекли в одной книге

свет.
— Чем же ты обидел жителей Витесса?
— Ничем, насколько я знаю. Я и не был нигде, чтобы кого-то обидеть, — ответил Кемаль в смутном недоумении.
— Плохо дело, — заметил Эгон. — Если ты оскорбил какого-то чиновника, то есть надежда извиниться и выйти на волю. Но если сидишь по неуточненному обвинению… Впрочем, возможно, что все не так уж и страшно. Ты Гавилан, а значит, им наверняка от тебя что-то нужно.
— Не сомневаюсь, — согласился Кемаль. — Но вас-то за что посадили?
Эгон осклабился, показав пеньки зубов в окружении бакенбардов на широком лице.
— Всего лишь за расхождение во мнениях.
— Насчет чего же, позвольте спросить?
Старик был первым местным жителем, который ничего не хотел от Кемаля, и тому это пришлось по душе.
— Я пришел собрать музыкальный налог, и мы поспорили о проценте. Это кончилось перебранкой, а перебранка привела меня сюда.
— Надолго?
— Пока к ним не вернется рассудок. Витесские чиновники выставились болванами. Я думаю, что меня вскоре освободят.
— Похоже, вы очень уверены в себе, — позавидовал Кемаль.
Эгон ухмыльнулся, вновь обнажив кривые желтые зубы.
— Когда арестовывают музыканта, весь шоу-бизнес замирает и ждет, пока его не выпустят. Такому городу, как Витесс, без развлечений никак нельзя. Пара дней моего отсутствия — и начнутся беспорядки. Без услуг гильдии музыкантов не проживут даже Танцоры.
— Между прочим, здесь я оказался не без помощи Танцорши, — сообщил Кемаль.
— Ну а куда же еще она должна была тебя доставить? Ясно, что не в Каллаг.
— Почему бы и нет?
— Из-за трений с тамошними Танцорами, естественно. Но я вижу, что ты не разбираешься в местной политике.
— Я только-только прилетел с Марса.
— Да, зеленоват. Твой дядя не просветил тебя? — улыбнулся Эгон и подмигнул. — Не сомневаюсь, что у него были на то причины.
— Вы скажете, о чем он умолчал? Зачем меня похитили витессцы? И при чем тут Танцоры?
Эгон встал и набросил плащ на плечо. В манере опытного оратора он продекламировал:
— Для понимания местной политики ты должен узнать о Маккавейских пещерах. Другой такой области на Меркурии нет. Пещеры уходят в меркурианские недра. Они были лучшим местом на планете для постройки города.
Изначально тендер выиграла одна группа. Иллиадские Устроители доставили первых колонистов, основали политическую систему и получили подряд на строительство города. Им предоставили территориальные права на Маккавейские пещеры. Работа закипела. Но довольно скоро возникла проблема.
Через считаные недели после заключения контрактов и начала работ в борьбу за политическое влияние включились две группировки. В основополагающей хартии учли все, за исключением четкого механизма улаживания междоусобных конфликтов.
Когда мнения разделились почти поровну, Иллиада раскололась надвое. Стороны договорились о разделе имущества и развитии северной и южной частей пещерного лабиринта. Так возникли Каллаг и Витесс.
О пещерах было известно не много, и поначалу не удавалось понять, какая часть лучше. Но вскоре стало очевидно, что Каллагу досталась территория побогаче. Еще в первые годы там нашли немалые залежи полезных ископаемых. Воодушевленные этим богатством, в Каллаг стягивались переселенцы с других планет, чтобы работать в горнодобывающей промышленности, обзаводиться семьями и умножать население. Витесс сильно отставал и рисковал подпасть под политическое влияние соседа. Но сохранялось известное равновесие… вплоть до недавних пор, когда проблемой сделался статус Танцоров.
— Но какое отношение это имеет ко мне? — спросил Кемаль.
— Зачем тебя послали в Каллаг?
— Подписать договор между Каллагом и Меркурием-Прайм.
— Вот и ответ. Король-Солнце наконец договорился с Каллагом о Танцорах и передает Каллагу их политические полномочия, которых тот давно требовал. Витесс, желая предотвратить это, поддержал Танцоров и похитил с их помощью тебя.
— То, что я сижу в витесской камере, не остановит самого Гордона или кого-то из его сыновей от подписания договора.
— Да неужели? — усомнился Эгон. — Вижу, дядя не разъяснил тебе твою роль в происходящем.
— Какая у меня может быть роль? Я только что с Марса.
Эгон склонил голову набок, напряг слух. Услышал и Кемаль: шаги в коридоре.
— Думаю, тебе ответит кто-нибудь более сведущий, чем я, — сказал бородач.
Дверь отворилась, и вошел охранник. Его оттолкнула Дьюэрни, нетерпеливо переминавшаяся позади.
— Так не пойдет! — набросилась она на Зака, который шел следом. — Нельзя держать нашего