Все рассказы и повести Роберта Шекли в одной книге

выяснить, как такое могло произойти.
А еще был Лейбер, вполне возможно будущий агент Ричи.
Лейбер, конечно, не относился к друзьям Грелича, но как получилось, что Ричи с ним встретился? Благодаря соседству — или слиянию? — с Греличем.
У Ричи было хорошо развито чувство справедливости, и ему казалось неправильным желать смерти человеку, познакомившему его с Лейбером, который, если он действительно хороший агент, сможет изменить жизнь начинающего писателя.
И все же Ричи совсем не радовала мысль о существовании в одном теле с Греличем. А может, тот еще и шарит по воспоминаниям Ричи?
Грелич держался подчеркнуто корректно. Он не остановил Ричи в желании навестить офис ММТ, чтобы выяснить, почему это он, Грелич, не умер, — даже обладая лучшим контролем над телом. В конце концов, Грелич был изначальным владельцем этого тела и спокойно мог помешать Ричи двигаться, куда тот хочет. Он мог заставить тело весь день просидеть в квартире, или отправить его на прогулку по парку, или пялиться круглые сутки в экран телевизора.
Вместо этого Ричи-Грелич взял такси и поехал на Двадцать третью улицу.
Грелич с Ричи на борту вошел в офис ММТ и потребовал у секретарши встречи с президентом компании Свеном Мейером.
Они подождали, пока секретарша что-то шептала в телефонную трубку. Ричи подумал, что сейчас окажется, господина Мейера нет на месте и не хотите ли вы побеседовать с нашим ничего не решающим клерком, который, в свою очередь, поведает, что не в курсе вопроса, но выяснит это в максимально короткий срок.
Однако ничего такого не произошло. Господин Мейер пребывал в офисе и готов был с ними встретиться. Прямо по коридору, последняя дверь налево.
Мейер являл собой седого приземистого коротышку.
— Прошу-прошу, — послышалось из-за двери, стоило в нее только постучать. — Добрый день, господин Грелич! Мистер Каслмен с вами?
— Здесь я, — ответил Ричи. — И требую объяснений.
— Конечно-конечно, — закивал Мейер. — Проходите, садитесь. Кофе? Чего-нибудь покрепче?
— Кофе. Черный. Без сливок, — выпалил Грелич.
Мейер произнес несколько слов в телефон и снова повернулся к гостю:
— Сейчас поднесут. Джентльмены, мне очень жаль…
— Вы не отвечали на телефонные звонки, — угрюмо сказал Ричи.
— Ах, прошу прощения. Мисс Кристиансен отпросилась уйти чуть пораньше, когда Натан еще не пришел. И сегодня ее не было. А когда я все же до нее дозвонился, она оказалась не в курсе ситуации.
— Ну да, конечно! — саркастически воскликнул Грелич.
— Натана я пока тоже не могу найти, — продолжил Мейер. — Нашего лабораторного техника. Это он осуществлял операцию. Или, точнее, провалил ее.
— Ах, Натан, — мрачно произнес Грелич.
— Именно с ним нам следует говорить. Только он может объяснить ваше печальное положение.
— И где же этот Натан? — спросил Ричи.
Мейер пожал плечами:
— Я звонил ему в пансионат, но его там не было. Поговорил с его раввином, который предоставил рекомендации, когда Натан устраивался к нам на работу. Его раввин, Цви Коган, говорит, что не видел Натана уже больше недели. По его предложению я лично отправился на гандбольную площадку на углу Девяносто второй улицы и Риверсайда. Никто из игроков не видел Натана уже несколько дней.
— Вы полицию известили?
— Придется, если он скоро не появится. Других способов найти его нет.
— А что с моим собственным телом? С телом Каслмена?
— Боюсь, оно не перенесло транспортировки, — ответствовал Мейер. — Как, собственно, и ожидалось. Согласно вашему распоряжению, его утилизировали.
Услышав, что его тело безвозвратно утеряно, Ричи почувствовал острое сожаление. Тело, конечно, несовершенное, но это было его тело. А теперь у него нет вообще никакого. В физическом смысле. Только тело Грелича, который больше не желал умирать.
Вернувшись домой, Ричи посчитал, что настало самое время заняться поисками Натана Когана, пропавшего техника, ответственного за эту мегиллу

(словечко Грелича). Но тут раздался телефонный звонок. Грелич не препятствовал снятию трубки.
— Ричи Каслмен у телефона.
— Господин Каслмен? Меня зовут Эдвард Симонсон. Господин Мейер недавно нанял меня в лабораторию господина Мейера. У меня образование Нью-Йоркского колледжа и все необходимые сертификаты и аккредитации. Я проработал два года в институте Цайтгайста в Цюрихе. Если вы желаете…
— Это что такое? — встрял Грелич.
— Господин Грелич? Это вы?
— Да, я. Чего вам надо?
— Я уполномочен господином Мейером сообщить, что если вы желаете вернуться в лабораторию,