Представьте себе далекое будущее человечества. Все страны и народы: должны стать едины, чтобы выжить и покорять космос. Только такая страна как Россия: способна взять на себя подобную ответственность. Но вот человечество едино: впереди космическая экспансия и новые звездные войны — которые ведутся с помощью супероружия и магии. В конце концов вся вселенная покорена великой Россией.
Авторы: Рыбаченко Олег Павлович
за ней. Почти голая, босая, потная, окровавленная, она была больше похожа на несчастную рабыню, чем грозного гладиатора. А толпа в отместку лишь свистела, потешаясь над недавним кумиром.
— Ты только в постели героиня, а так ничего не можешь!
— Добей эту шлюху! Чтобы не позорила наш город!
— Поимей ее!
Галф несколько смутился не торопясь, он шел за раненной истекающей кровью девушкой. Неожиданно Руфь запела:
В море играют барашками волны,
Я на арене нагая сражаюсь мечом!
Взгляд на противника бросила гордый,
Беды лихие и боль — нипочем!
Я ведь когда-то родилась, бесправной рабыней,
Камни тянула, трясла на спине валуны!
Быть в напряженье, в страданье родная стихия,
Плечи ласкают кнутом палачи-шалуны!
Кто-то богат и в теньке с пивом дремлет,
Я под палящим потоком машу молотком!
Это обычай, такой жутко древний,
Нужно покорность к вельможам впитать с молоком!
Но повезло — если можно, назвать то везеньем,
Продали деву из шахт и отправили в бой!
И осветила меня сказочным озареньем,
Стала не просто рабыней, а бабой крутой!
Но не бывает поверьте безбрежного счастья,
Страшный противник попался, и ранена я!
Рубят меня в битве злобной на части,
Боже мне выставил счет — набежала пеня!
Но не сдаюсь, из последних силенок сражаюсь,
Да убивала людей, проклинала богов!
В этом конечно теперь горько каюсь,
И не могу подобрать, подходящих здесь слов!
Голос Руфь такой чарующий и красивый, он просто согревал утомленную душу. И тут публика зааплодировала, а Дикий смутился и опустил меч.
Девушка тем временем словно лисица вокруг медведя обежала вокруг него и под радостные возгласы толпы подхватила сеть.
Галф улыбнулся:
— Ну ты ловкая чертовка!
Девушка ответила:
— В рабстве я научилась быть хитрой.
Руфь сделала вид будто бросает сеть. Ее противник уклонился влево, но именно в этот момент девушка и швырнула подарок. Галф дернулся и запутался в сети. Лицо Руфь озарила улыбка:
— Я так и знала, что поймаю такого мужчину!
Девушка бросилась за трезубцем.
Садат подколол Круха:
— Твой новый друг был достойным бойцом, но кажется теперь ему быть заколотым! Так ведь!
Крух ответил:
— Пока живу — надеюсь! Да Руфь и впрямь поет чудесно. Такой талант.
— И не только поет, но и убивает!
Галф отчаянно пытался вырваться, распутать сеть, но еще больше запутывался в ней.
Подхватив трезубец воительница с ликующим возгласом устремилась к нему. Он рассчитывала поразить его в грудь. Желание жить придало иностранному гладиатору силу. Сеть лопнула под могучими руками и в последний момент он отразил удар трезубца. Тем не менее девушка всадила ему с такой большой силой, что щит разлетелся, а на руке остались четыре красные точки. От ответного тычка Руфь повалилась и тут же вскочила. Но Галф оказался проворнее, всадив ей меч в живот и рассек бедро. Девушка упала дернулась, и тут же получила рукоятью меча в висок, окончательно потеряв сознание. Толпа ахнула. Галф скинул с себя остатки сетей, перевернул девушку и приложил лезвие к ее обнаженной груди. Толпа возмущалась, слышались крики добей.
Поднялся мэр города. Скрипучим голосом он объявил:
— Что за то что бы добить Руфь скрестите пальцы, кто за то чтобы ей жить, сделайте пальцами круг! Считаются голоса только тех что сидит в стадионе.
Садат с досадой произнес:
— Похоже я проиграл! Но если все время выигрывать то, так даже неинтересно. Можешь получить пять серебряных доспехов, главное только чтобы Руфь была жива.
Крух сказал:
— Я тоже хочу, чтобы она выжила!
Садат крикнул, а остальные мальчишки подхватили:
— Руфи жить! Руфи жить!
Началось голосование: как это часто бывает, большинство в толпе жаждала крови.
Тех кто скрестил пальцы, было куда больше, чем поставивших круглячок. Примерно втрое, Садат покачал головой:
— Человек легко прощает ошибки себе, но чужие считает непростительными! Бедная девушка.
Ким предложил:
— Может закидаем камнями?
— Камни против лучников и стражи?
Крух подбодрил:
— Не надо отчаиваться! Мэр еще не сказал своего слова!
Толстый высокий мэр поднялся и протянул обе руки. Пальцы оказались скрещены.
Глашатай объявил:
— Теперь согласно обычаю, Руфь надлежит заколоть в сердце! Это делает победитель — коли!
Толпа дружно завыла:
— Коли! Коли ее!
Галф встал посмотрел на беспомощное,
