Представьте себе далекое будущее человечества. Все страны и народы: должны стать едины, чтобы выжить и покорять космос. Только такая страна как Россия: способна взять на себя подобную ответственность. Но вот человечество едино: впереди космическая экспансия и новые звездные войны — которые ведутся с помощью супероружия и магии. В конце концов вся вселенная покорена великой Россией.
Авторы: Рыбаченко Олег Павлович
Иногда в неё попадали мелкие осколки от других метеоров или она натыкалась на острые обломки спутников: искусственных и. природных. И это также причиняло невыносимые страдания.
— О Боже, спаси меня от этих маньяков, до чего дошло их дикое воображение. Ну не ужели рогатые «нечистики»: могли до такого додуматься.
А черти продолжали строить рожи, соревнуясь кто вызовет наибольшее отвращение. Позволяя переваривать, четырехкратно усиленные мучения.
Тут тело-метеорит, начало притягиваться исполинской планетой. Мирабеле стало страшно, но она не могла даже пошевелиться, плоть хоть ощущает все, но абсолютно беспомощная. Мирабела влетела в плотные слои атмосферы, её поверхности расплавило, затем корпус стал испаряться, она просто сгорала в атмосфере. Это стало дополнительным стимулом, девятым валом, в океане учений. Наконец болид окончательно аннигилировался и Мирабела тут же возникла в космосе. Карусель истязаний продолжилась, скакуны переходили в галоп.
— Четыре вида пыток одновременно — этого мало. Вот почему бы тебе проститутка, не испытать что-то на пятое.
— Опять космическое? — переспросил другой бес.
-Нет, историческое! — Как тебе моя подруга нравятся фашисты? — Улыбаясь, черт показал три ряда кривых и покрытых эрозией зубов. А у другого демона выросли в размерах щупальца; концы заострились.
— Я их ненавижу!
— А придется полюбить. За одно ты как относишься к февреям?
— Вполне нормальный, очень талантливый и дружный народ. — Сквозь многоуровневую волну боли, произнесла Мирабела. — Хотя с ними нужно держать ухо остро. Меня в частности обманул феврей. Нет не мед! Но и на звездах бывают пятна!
— Вот отлично станешь фидом. Вернее маленьким фиденком.
Спустя мгновение Мирабела ощутила себя мальчиком лет восьми-девяти. Он был совершенно голым, а рядом с ним стояли такие же нагие мальчишки. Им стригли волосы, было холодно и уныло, вокруг серые стены барака, колючая проволока, лают собаки.
Машинка была очень тупой, они вырывала клочья волос, но еще страшнее был зловещий шепот.
— Сейчас нас отведут в крематорий.
Когда закончилось мучение с волосами, злобные фашисты в черной форме и с эмблемой череп с костями, нанося удары, построили их. Мирабела обратила внимание, какие худые были дети, у шагающего перед ним мальчика была видна каждая косточка, спина превращена в сплошной синяк со шрамами и пицугами. Их вывели на улицу, шел снег, босые ноги ребенка обжигались об белую поверхность, чуть подкрашенную замершей кровью. По рядам прошлась плеть, хлесткий удар обрушился на едва покрытые кожей ягодицы, перевоплощенной Мирабелы.
— Держите ногу фидовские твари.
Было видно, что дети стараются из-за всех сил, мелькаю ряд в ряд раскрасневшиеся голые пятки. В животе у Мирабелы пусто, голод грызет кишки, кислота душит желудок. С лаем к ним подбегают овчарки, они кажутся бешеными, пасти исходят пеной. Одна из них самая яростная, едва не перекусывает тощую ногу Мирабелы. Девушку в теле мальчика страшно, но тех детей что сорвались, загоняют обратно в строй острыми штыками. Наконец их вводят здание, испускающее сильное зловоние. Мирабела, да и другие дети совсем продрогла и посинела. Первоначально шагая сбитыми, полуобмороженными ножками, по горячему стальному полу, она испытывала блаженное ощущение. Потом стало припекать, и Мирабела отплясывала гопак. Ее уста шептали еврейскую молитву.
— Смилуйся Яхве. Подари жизнь мальчику! Вернее девушке! Низвергни нацистов в шеол! В самое пекло!
Жечь детские ступни стало сильнее, многие ребята уже начали кричать и плакать, а запах паленого мяса стал невыносимым.
Мальчиков очень много, их спрессовали в плотную, Мирабела почувствовала прикосновения, тощих, избытых, потных теле. Острые лопатки укололи, ее в костлявую грудь. На бритую голову упала, горячая смола, Мирабела вскрикнула. Послышался похожий на хрюканье хохот эсесовцев, затем звучит сигнал. Пол начал наклоняться. Стоящие с края дети медленно, но верно соскальзывали в геенну. Ребята цеплялись друг за друга, старались ухватить гладкий раскаленный пол, но все тщетно. Даже не смотря на все пережитые страдания, сердце у Мирабелы бьется как пулемет.
Вот приходит и его черед соскользнуть в преисподнюю. Пламя охватывает его и следует ни с чем не сравнимая боль, кожа сгорает быстро, а кости в сладострастном упоении лижет огонь. Мирабела переживает каждую секунду в отдельности, затем когда последняя косточка истлела, она оказывается снова в строю. Ужастик повторяется вновь и вновь.
— Вот так ты уже достиг пятой ступени. — Вмешивается черт. — Но ведь этого тебе мало, нужно прибавить оборотов.
