Представьте себе далекое будущее человечества. Все страны и народы: должны стать едины, чтобы выжить и покорять космос. Только такая страна как Россия: способна взять на себя подобную ответственность. Но вот человечество едино: впереди космическая экспансия и новые звездные войны — которые ведутся с помощью супероружия и магии. В конце концов вся вселенная покорена великой Россией.
Авторы: Рыбаченко Олег Павлович
это свойственно.
Янка старая ступать, так чтобы израненные стопы становилась на менее острые камни, пробурчал:
— Честность понятие выборочное! Обман всеобщее! Впрочем в данном случае, я не вру.
Али шепотом спросил( хотя надсмотрщик проявлял на сей раз, удивительное снисхождение):
— Значит вы можете перемещаться по другим мирам?
Янка замотал головой:
— С сожалению нет! Люди успели побывать лишь на одной Луне. Даже полеты на Марс: пока сплошная фантастика. Вообще освоение космоса идет очень медленно, не то что бурное развитие компьютеров. Но сих пор люди топчутся на своей планете.
Садат философски заметил:
— Это потому, что у вас много государств и народов. У планеты должен быть один хозяин. Только в этом случае возможен прогресс, а цена не имеет значения.
Янка согласился:
— Были герои, что хотели объединить человечество, но всегда им что-то мешало. Или короткая жизнь, или сильные противники. Кроме того слишком часто на троне великого — сменяло ничтожество. Надо сказать что и в демократических странах с вождям возникали проблемы. Например у Джорджа Буша-младшего: был крайне низкий уровень интеллекта, и слабая память. Ну, а то что Америка докатилась до того что избрала президентом негра, это вообще позор. Для подобной страны, сделать такой «стинг-стенг»! Вообще всенародные выборы: это тоже не самый лучший способ отбора власти. Хотя пожалуй лучше монархии.
Садат сообщил:
— В ордене «Разгневанный Бог» супергроссмейстера тоже выбирает совет кардиналов. Вообще-то раньше, все значимые монархи были архикардиналами, но теперь все изменилось.
— В каком смысле?
— Короли хотят править, а не быть марионетками ордена. Впрочем это вполне закономерно, кому охота быть под кем-то! Впрочем подробностей и интриги, я не знаю! Может будет так, а может по иному! — Садат наступил огрубевшей пяткой на острый камень и захромал, видно и его толстую кожу прошило.
Янка тяжело простонал. Подъем становился все круче, а камни острее. Мальчишке было по настоящему больно, словно жжет раскаленное железо. Он пробовал несколько раз заговорить с товарищами, но это уже не могло принести облегчения.
Пытка ужесточалась, следы стали кровавыми. Наконец мальчик не выдержал и упал на колени. На его спину обрушился бич. Янка мог лишь всхлипывать:
— Пощадите! Пощадите!
К ним подъехал торговец:
— Что за шум!
Надсмотрщик повернулся:
— Видите ли великий Ахмед, этот сорванец, не хочет дальше идти!
Рабовладелец с притворной лаской лисицы подманивающей петуха, спросил:
— А почему ты не идешь, милое дитя?
Янка сквозь слезы простонал:
— Я окончательно сбил ноги и не могу ходить, особенно по таким острым камням!
Ахмед улыбнулся:
— Хорошо мой мальчик! Если ты не можешь идти, тебя просто посадят на кол, или отрубят голову.
Янке очень хотелось жить, он отчаянно старался, убедить торговца в своей полезности:
— Посадите меня в повозку! Потом когда мои ноги заживут я снова пойду! Ведь вам это выгодно!
— Чем? — Спросил Ахмед.
— Вы сможете продать меня на рынке! А так получиться: что вы меня даром кормили! — Сказал, всхлипывая мальчишка.
— А велик ли с тебя доход! Что ты еще можешь, кроме того, как быть проданным в какой-нибудь гарем?
Янка ощутив прилив вдохновения, заявил:
— Я игры знаю мой господин! При чем очень интересные! Если вы мне позволите, то я вам ножиком вырежу фигурки: для одной очень интересной игры. Ее почитают особым искусством, многие мудрейшие люди, нашей страны.
Ахмед приблизился, от него пахнуло тяжелым потом, жирного, но мощного тела:
— Игры говоришь! Я вообще знаю только одну игру, когда кидают кости. Но если ты не врешь и игра мне понравиться, я может быть сохраню тебе жизнь. — Торговец потрепал мальчишку по волосам. — Жаль терять такого красавца. Ну ладно. мы тебе дадим инструменты. А Гертруда пусть посмотрит твои ноги.
Янку отвязал и подвели к повозке. К нему подошла женщина лет тридцати, с черными волосами и лицом таиландского типа. Она очень осторожно, почти не причиняя боли, обмыла окровавленные ноги Янки. Сбитые, еще не успевшие огрубеть ступни мальчишки, представляли жалкое зрелище. До чего они были разбиты, изрезаны, ни одного живого места. Острые камни превратили подошву в месиво. Женщина покачала головой:
— Ого, как тебя изрезало малыш! Просто жуть! Ну что мне с тобой делать!
Янка ответил:
— Что делать! Лечить!
— Ну ладно я тебе смажу!
Женщина похоже понимала в медицине, ее руки были удивительно легки. Она аккуратно смазала сбитую поверхность,
