Великолепный Джим диГриз — знаменитый межзвездный преступник — получил за свою изобретательность и решительность меткое прозвище «Крыса из нержавеющей стали». Рожденный богатой творческой фантазией Гарри Гаррисона, отчаянный и симпатичный герой из далекого будущего приобрел необыкновенную любовь и популярность поклонников фантастики во всем мире, щедро поделившись славой со своим создателем.
Авторы: Гаррисон Гарри
голову в петлю и теперь поудобнее налаживаю ее на шее. Но что еще оставалось?
— Я читал о подобных летательных аппаратах в учебниках истории, — сказал Стирнер, с восхищением глядя в иллюминатор. — Для меня это очень важный момент, безымянный сэр.
— Капитан. Называйте меня так.
— Рад с вами познакомиться, Капитан. И позвольте поблагодарить вас за возможность объяснить вашему начальству, что мы рады гостям. Вам некого бояться. Мы никому не причиним зла.
— Я боюсь совсем другого.
Разговор затих, вертолет пошел на посадку. Неподалеку от колонны танков стояли палатка, бар, столы и кресла, тут расположилась и группа офицеров. Мы приземлились рядом. Я спрыгнул, молодцевато отдал честь и расслабился. Зеннора пока не было. Потом я помог выбраться Стирнеру и отвел его к генералу.
— Сэр, пленный доставлен, — доложил я Ловендеру, прибыв в штаб. — Он говорит на малоизвестном диалекте, который я, к счастью, изучал в школе. Я могу переводить, сэр.
— Отставить, — мрачно буркнул генерал. — Вы пехотный офицер, а не переводчик. Штатный переводчик у нас майор Кьюсел. Майор, переводите.
Черноволосый майор оттеснил меня плечом и встал перед Стирнером.
— Кион ви компренас? — заорал он. — Шпрехен зи пупишь? Анкай сойай никспай иглай атинлай? Ук кук волунук?
— Очень сожалею, сэр, но я не понял ни слова.
— Ага! — обрадовался майор. — Это малоизвестный диалект, на нем говорят жители одной отсталой крестьянской планеты. Но мне он знаком — по местному бизнесу. Мы импортировали свинобразьи котлеты…
— Майор, хватит болтать. Переводите. Спросите у него, где скрывается армия и где расположены опорные пункты полиции.
С интересом я слушал майора. Несмотря на врожденное умение говорить и неумение слушать, он с грехом пополам добился от Стирнера информации, которую я уже получил. Генерал огорченно вздохнул.
— Если это правда, мы не сможем перестрелять их со спокойной совестью. — Он повернулся ко мне. — Вы уверены, что нам не окажут сопротивления?
— Уверен, сэр. Насилие чуждо их натуре. Разрешите поздравить вас с первым в истории Галактики бескровным вторжением! Скоро вы завоюете для славного острова Невенкебла целую планету, не потеряв ни одного солдата!
— Не спешите радоваться, капитан. Генералам, привозящим армию домой нетронутой, медали не достаются. Славу обретают в битвах, и запомните мои слова — битва будет! Такова человеческая природа. Не все же трусы на этой планете…
— В чем дело, Ловендер? — раздался знакомый голос, и я похолодел и затаил дыхание.
— Генерал Зеннор, захвачен первый пленный, — доложил Ловендер. — Я его допрашиваю. Он порет явную чушь. Говорит, ни армии у них нет, ни полиции.
— И вы ему поверили? Кто и где его захватил?
— Капитан Дрем на электростанции.
Я повернулся кругом. Зеннор посмотрел на меня и отвел взгляд. И снова уставился на меня.
— Капитан, где мы с вами встречались?
— На учениях, сэр. На маневрах, — ответил я самым гнусавым голосом, на какой был способен.
Зеннор приблизился и пристально вгляделся в мое лицо.
— Неправда. Где-то еще. И с вами был кто-то еще.
Его глаза вспыхнули, и он ткнул в меня пальцем.
— Слон! Вот кто был с тобой.
— А ты его убил! — закричал я, хватая Зеннора за горло.
Особый захват, три секунды — и смерть…
Одна секунда… Он потерял сознание.
Вторая секунда… Обмяк.
Третья…
В глазах у меня погас свет. В затылке вспыхнула боль. «Три секунды…» — подумал я и отключился.
Прошла вечность, прежде чем я очнулся от боли, растекающейся от затылка по всему телу. Я не шевелился, пытаясь отогнать боль, — но безрезультатно. Меня окружала темнота. Или это оттого, что глаза закрыты? Выяснять не хотелось. Я застонал. Звук показался таким приятным, что я не удержался от второго стона и при этом ощутил, как мою голову приподнимают и к губам прижимают что-то влажное. Вода? Очень кстати. Я сделал несколько глотков и, почувствовав облегчение, рискнул приоткрыть один глаз. Надо мной нависало пятно, напоминающее человеческое лицо. Я моргнул несколько раз, очертания лица стали более четкими.
— Мортон…
— А то кто же? — горестно отозвался он. Затем перетащил меня к стене и придал моему телу сидячее положение.
Голова раскалывалась. Сквозь пелену боли в мозг с
