Великолепный Джим диГриз — знаменитый межзвездный преступник — получил за свою изобретательность и решительность меткое прозвище «Крыса из нержавеющей стали». Рожденный богатой творческой фантазией Гарри Гаррисона, отчаянный и симпатичный герой из далекого будущего приобрел необыкновенную любовь и популярность у поклонников фантастики во всем мире, щедро поделившись славой со своим создателем.
Авторы: Гаррисон Гарри
Но сначала не забудь проверить, нет ли «жучков».
Я запомнил номер и съел листок. Вкусом он напоминал перечную мяту, вдобавок бодрил. Наступил черед неизбежного напутствия.
— А ты ищи. Сейчас самое главное — выяснить, где прячут маму.
Он помрачнел.
— Знаю. Мы ищем, но пока — никаких результатов. Ни в банке, ни в брокерской конторе ее нет. Кроме подвала под хранилищем, мы не знаем ни одной потайной комнаты. Может, она где-нибудь еще в банке?
— Не исключено.
— Я загляну туда с датчиками.
— Загляни.
— Еще мы разведали, что у Кайзи здесь имеется холостяцкое гнездышко. Ночью я проник туда и успел обыскать, прежде чем сработала сигнализация. Мы тщательно следим за его передвижениями и пока не обнаружили другие владения или подозрительные места. Что ты думаешь о Санкисте-у-Моря?
— Это шанс. У Кайзи там офис и гараж, но я не заметил потайных комнат.
— Дай мне адрес. Я поищу как следует.
— Неплохая мысль.
Я написал адрес в зеленом блокноте. И приуныл еще больше. Говорить уже было не о чем. Я достал из мешочка электронных шпионов и помахал сыну рукой на прощание.
В механомаркете я выбрал какую-то неописуемую одежду, а заодно чистые простыни и покрывала. Было ясно, что в свинарнике Игоря я задержусь, так почему бы не провести эти дни в относительном комфорте? Желудку чуть-чуть полегчало, но въевшаяся в плоть и кость усталость никак не желала выветриваться. Подходя к складу, я еле ноги волочил, а поскольку ключа мне не доверили, пришлось колотить в дверь, пока не раздался недовольный голос:
— Игорь спит.
— Да? Игорь спит? А ты кто? Отпирай, идиот! Надо же было родиться таким дебилом!
Моим голосом говорили усталость и тревога. Обычно я веду себя осмотрительно, лишних неприятностей не ищу. И не смеюсь над чужими физическими недостатками. Просто в этот раз я ляпнул не подумав. И в ответ услышал нечленораздельный рык.
Когда я проходил мимо, он двинул мне в скулу кулаком.
Удар был не из тех, что убивают или калечат. Скорее чисто рефлекторный ответ человека, которого природа обделила умением жалить словами. И все же я растянулся на полу, покупки разлетелись в стороны.
Этот удар спустил с цепи давно копящуюся ярость. Злость на идиотскую, унизительную ситуацию, в которой я оказался. Возобладали рефлексы, выработанные за годы тренировок. Игорь стоял совсем рядом, и пинок в колено заставил его опуститься до моего уровня. Пока он падал, удар локтем в солнечное сплетение оборвал ему дыхание. У него явно пропала охота махать кулаками. Он лежал пластом и очумело таращился на меня.
Тут бы и оставить его в покое, но моя ярость едва не привела к трагедии. Не отдавая себе отчета, я обхватил его шею левой рукой, а правой сжал запястье. Удушающий захват. Продолжительное давление на дыхательное горло, остановка тока крови в сонной артерии. Сначала — потеря сознания, потом — смерть. А если вы куда-нибудь торопитесь, рваните как следует корпусом, и сломаете жертве позвоночник. Летальный исход не заставит себя ждать.
Но тут в моих глазах растаял красный туман. В считанных дюймах от моего носа находилась лицо Игоря — глаза выпучены, высунут язык. Еще секунда, и ему бы конец. Понадобилось чудовищное усилие воли, чтобы его пощадить. Я выронил Игоря и, тяжело дыша, встал. Его глаза были закрыты, но он по крайней мере хватал ртом воздух. Я дождался, когда он разлепит веки, и двинул ногой по ребрам — уже не со зла, а только чтобы привлечь к себе внимание. И сказал, почти сомкнув подушечки большого и указательного пальцев:
— Ты был на волосок от смерти. Вот на такой. Еще раз дотронешься до меня, и тебе крышка.
Я собрал покупки и отошел. Снова навалилась усталость. Последний выброс адреналина в кровь довел меня почти до изнеможения. Сказывалось и злоупотребление стимуляторами. Я свалил все на кровать и едва нашел в себе силы, чтобы не повалиться сверху. Не хотелось заснуть к тому времени, когда Игорь очухается и в его студенистых синапсах забрезжит мысль о возмездии. Я накормил лицо и огляделся.
Впервые я разведывал складские недра. Кругом — хаотичные залежи и грязь, а в задней стене дверь, полузаваленная пустыми металлическими бочками. Я их откатил и обнаружил бронированный мотоцикл — несомненно, из тех, что участвовали в ограблении банка. Я отодвинул его, отворил дверь и увидел маленькое конторское помещение. Свет проникал через единственное оконце, зарешеченное и затянутое
