Великолепный Джим диГриз — знаменитый межзвездный преступник — получил за свою изобретательность и решительность меткое прозвище «Крыса из нержавеющей стали». Рожденный богатой творческой фантазией Гарри Гаррисона, отчаянный и симпатичный герой из далекого будущего приобрел необыкновенную любовь и популярность у поклонников фантастики во всем мире, щедро поделившись славой со своим создателем.
Авторы: Гаррисон Гарри
Корабль с вышестоящим начальством будет у вас через три минуты.
Связь прервалась, и я, выпучив глаза, уставился на радио. Что там такое происходит? В это время собравшиеся внимательно слушали речь Ханасу. Ситуация под контролем, все проблемы решены, и вдруг такая загвоздка.
Тут я увидел спускающийся с неба корабль. Не успел открыться шлюзовой люк, как я уже стоял рядом с кораблем, метая глазами молнии и барабаня пальцами по кобуре. Из корабля вышла знакомая личность. Очень знакомая.
— Ты! — закричал я.
— Да, это я. И я прибыл как раз вовремя, чтобы предотвратить свершение аморального акта.
Это был Джей Ховах, босс Морального Корпуса. И я понимал, зачем он сюда прилетел.
— Мы не нуждаемся в твоих советах, — сказал я. — К тому же ты одет не по сезону. Вернись-ка лучше на корабль.
— Моральность превыше всего, — простучал зубами он.
Никто не предупредил его о местном климате, и он прилетел сюда в своем купальном халате.
— Я пыталась его убедить, но он и слушать меня не хотел, — раздался еще более знакомый голос, и по трапу спустилась Анжелина.
— Дорогая! — закричал я, бросившись ей навстречу, но голос Джея остановил меня.
— Мне сообщили, что ты прибыл сюда, чтобы убедить этих людей использовать их технику психоконтроля, с помощью которой можно выиграть войну. Психоконтроль аморален, и его использование запрещено.
— Это кто такой? — ледяным голосом спросил Ханасу.
— Его зовут Джей, — сказал я. — Он заведует нашим Моральным Корпусом. Он следит за тем, чтобы никто не нарушал наш моральный закон.
Окинув Джея презрительным взглядом, Ханасу повернулся ко мне.
— Я его уже когда-то встречал, — сказал он. — Уведите его отсюда. Пусть прибудут ваши корабли, и мы приступим к операции против чужаков.
— Похоже, ты меня не понял, — сказал Джей Ходах, выбивая зубами чечетку. — Я запрещаю эту операцию. Она аморальна.
Ханасу медленно повернулся и окинул его ледяным взглядом.
— Ты не имеешь права говорить со мной об аморальности. Я главный толкователь Моральной Философии, и я олицетворяю здесь Закон. Мы совершили ошибку, заставив чужаков развязать войну. Теперь мы прекратим ее при помощи того же способа.
— Нет! Два отрицательных действия не равны одному положительному. Операция запрещена.
— Ты не можешь остановить нас, так как здесь у тебя нет никакой власти. Ты можешь лишь убить нас, чтобы остановить. Если ты не убьешь нас, мы будем действовать согласно нашему собственному моральному закону.
— Вас остановит…
— Только смерть. Если ты не можешь отдать такой приказ, то отойди в сторону и не мешай.
Повернувшись, Ханасу пошел прочь. Джей пару раз открыл и закрыл рот, но не произнес ни слова. Он весь посинел от холода. Я сделал знак двум школьникам.
— Эй, ребята. Помогите этому бедному старику вернуться на корабль, чтобы он согрелся и обдумал там свои философские проблемы.
Джей пытался сопротивляться, но ученики крепко взяли его под руки и повели на корабль.
— И что теперь? — спросила Анжелина.
— Обитатели Кеккончихи полетят к чужакам и попытаются выиграть войну. Моральный Корпус не сможет убить их, чтобы помешать им защитить нас. Полагаю, Джею и Инкубе будет над чем поломать головы. Возможно, они не разрешат нам оказывать помощь серым людям, если нападут способ оправдать это решение.
— Я уверена, что ты прав. А что дальше?
— Дальше? Мы спасем Галактику. В очередной раз.
— Ты как всегда скромен, — сказала Анжелина и громко чмокнула меня в щеку.
— Потрясающе выглядит, как ты считаешь? — спросил я.
— По-моему, отвратительно, — ответила Анжелина, морща нос. — И воняет к тому же.
— Это улучшенный вариант первой модели. Запомни, там, куда мы отправляемся, все плохое считается хорошим.
Впрочем, Анжелина была права. Выглядело все это отвратительно. Однако меня это обрадовало.
Мы стояли в дверях кают-компании космического корабля, который заказали специально для этой операции. Перед нами располагалось множество рядов глубоких кресел. Не менее пятисот. В каждом кресле сидел омерзительнейший чужак. От их вида у любого нашего врага вылезут на лоб глаза — ведь все они были сделаны по образцу и подобию моего первого маскировочного костюма. Целая армия гештункинцев. Конечно, многочисленные сердца
