Кто я такая? И почему я пишу о второй чеченской войне? Я журналистка. Работаю спецкором столичной `Новой газеты`, и это единственная причина, почему я увидела войну, — меня послали ее освещать. Поэтому я езжу в Чечню каждый месяц, начиная с июля 1999 года. Естественно, исходила всю Чечню вдоль и поперек… Люди часто спрашивают одно и то же: `А зачем вы все это пишете?
Авторы: Политковская Анна Степановна
Аслаханова – будет президентом Аслаханов.
– Как вы считаете, когда такие выборы возможны?
– Думаю, война будет продолжаться еще год. Потом – выборы.
– На ваш взгляд, в чем главная ошибка Масхадова?
– Не только его. Наша ошибка – его соратников, кто прошел с ним первую войну, – состоит в том, что мы приняли за чистую монету ту пропагандистскую уловку, которую нам бросил Кремль после Хасавюрта, – что мы победили в первую войну. Это была наша трагическая ошибка, за которую мы сейчас и расплачиваемся. И не только мы, но и весь наш народ. Дело в том, что никакой победы не было. 120 тысяч погибли… Разрушена вся инфраструктура, стерты с лица земли села и города… А мы праздновали победу. Награды присваивали, звания. Если бы мы с того дня стали предъявлять счет как жертвы антинародной войны, может быть, второй войны вообще бы не случилось. Но мы не сделали этого, и на победной волне наломали столько дров… Сравнить можно только с детским садом. Российские спецслужбы нас развели и привели к национальной трагедии. При любом исходе чеченцы – жертвы войны.
– Ну, жертв уже слишком много. Со всех сторон. Как лично вас изменила вторая чеченская война?
– Ничего не могу сказать, кроме одного: к осознанию многого я пришел только в ходе второй войны. И к
тому, что мы были наивны и поверили, что это так просто может закончиться, как Хасавюрт.
– Вы стоите по-прежнему на позициях суверенитета для Чечни?
– Если есть какая-либо другая форма, которая будет гарантировать безопасность чеченскому народу, мы готовы ее принять. Но не с этим руководством – не с Путиным об этом говорить.
– По всей видимости, разговор состоится не скоро – Путин рассчитывает на второй срок.
– Это проблема России.
– Проблема России – проблема Чечни…
– Безусловно. Но дело в том, что от чеченцев сейчас зависит очень мало. Нам осталось только продолжать сопротивление. Ничего другого. Я хочу, чтобы вы меня правильно поняли. Я комплексую, потому что говорить о сопротивлении здесь, сидя в холле отеля очень далеко от Чечни, не в моей натуре. Я всегда был в процессе, в гуще событий. А сейчас, волей судьбы, – здесь. Но уже очень многие чеченцы осознали, что другого выбора, кроме как продолжать сопротивление, независимо от меня, Масхадова, Басаева, – у них нет. Это осознало, прежде всего, молодое поколение.
– Но вот, представим, Масхадова Путин приглашает в Кремль, на переговоры. И что? Он откажется?
– Да, теперь уже не поедет. Во-первых, нет гарантий безопасности.
– Хорошо. Встреча – в «Шереметьево», как у вас с Казанцевым?…
– В «Шереметьево» – тоже. Не из-за страха. Масхадов просто не имеет права на ошибку.
– Ладно, вам звонит Казанцев и говорит: «Давайте встретимся вновь».
– Я тоже скажу: «Нет». Опять – под какую-то политическую конъюнктуру играть? Или Буш приезжает… Или еще что-нибудь… Нет.
– А вам лично война не надоела?
– А у меня есть выбор?
– Как вы представляете свое возвращение в Чечню?
– Это – личный вопрос. Я не могу объяснить… Но на белом коне.
– Где Масхадов предполагает жить после войны?
– В Чечне. Я ни на минуту не сомневаюсь в этом. И я нахожусь не в Чечне только потому, что мне сегодня поручено представлять Масхадова в Европе и международных институтах. Я из Чечни не вышел – меня оттуда вынесли, раненого. И я вернусь. Ради этого и живу.
– Кому, как вам кажется, в Чечне будут ставить памятники после второй чеченской войны?
– Никому. Героев в этой войне уже не будет. Как и победителей. Нация полностью унижена, оскорблена. Герои до этого свой народ не доводят.
Люди звонят в редакцию, люди пишут письма и очень часто спрашивают одно и то же: «А зачем вы все это пишете? Зачем нас пугаете? Зачем это нам?»
Уверена, так надо. По одной простой причине: мы – современники этой войны, и все равно нам отвечать за нее… И тогда не отговоришься классическим советским: мол, не был, не состоял, не участвовал…
Так знайте же. И вы будете свободны от цинизма.
И от расизма, в вязкий омут которого все более скатывается наше общество.
И от скоропалительных и страшных личных решений – о том, кто есть кто на Кавказе, и есть ли там сегодня вообще герои…
Сначала несколько объективных характеристик. Чечня – небольшая территория, расположенная на северовосточных склонах Главного Кавказского хребта. Чеченский
