Мир ближайшего будущего. Отгремела Третья мировая война, и планета погрузилась в кошмар ядерной зимы. Остатки людей тихо умирают от радиации, болезней и голода в разного рода бункерах и укрытиях, яростно враждуя между собой за остатки продуктов и горючего.
Авторы: Сергеев Станислав Сергеевич
и секретное применение оружия — якобы пришлось башлять друзьям из личной охраны самого Оргулова. После этого у него появилась дополнительная статья дохода — платное нанесение ракетно-бомбовых ударов по указанным целям в указанное время, причем конфиденциальность гарантировалась. Через некоторое время, во время разборок за территорию, где можно собирать ценности для продажи военным, один из полевых командиров не растерялся и, быстро связавшись с Кафтайкиным, обговорил цену, калибры, количество боеприпасов и время нанесения удара, и с особым удовольствием наблюдал, как тяжелые гаубичные снаряды превращали в щебенку укрытия незадачливого конкурента. Естественно, всё это делалось под строжайшим контролем нашей службы безопасности, тем более Коля был ее тайным сотрудником и давно уже имел звание старшего лейтенанта. А бандиты друг перед другом хвастались личным знакомством с ним и возможностью в случае чего за определенную мзду выйти на того же Васильева и толкнуть ему найденный где-то в развалинах подбитый танк, или даже на саму Артемьеву, если появлялась интересная информация о залетных гастролерах.
Но помимо такого рода бизнеса Кафтайкин курировал один особо секретный проект, напрямую связанный с нашим путешествием в 1914 год. Да, именно так. Он сумел собрать несколько одаренных программистов, художников, граверов и занялся самым невинным делом — подделывал деньги вероятного противника в том времени: английские фунты, немецкие марки и американские доллары, образцы которых мы привезли в изрядном количестве, документы, купчие, закладные — и многое другое. Наша полиграфическая техника была на высоте, и на момент начала второй фазы операции задел по золотовалютным резервам впечатлял и позволял проворачивать весьма и весьма серьезные операции.
Потом была Ирина, руководитель службы воздействия на общественное мнение в подконтрольных мирах. Высокая рыжеволосая красавица до войны работала простым психологом-методистом в джанкойском отделе образования, не сильно афишируя, что до этого трудилась в PR-агентстве в Москве и провела несколько серьезных избирательных кампаний на очень высоком уровне. Из-за болезни матери она была вынуждена перед войной вернуться домой, в Крым, и тут оказалась в кровавом тумане гражданской войны, но сумела вовремя сориентироваться и выжила в одном из бункеров Херсонской области. Когда я ее стал пробивать через Семенова, он сначала махнул рукой, но уже через несколько дней вывалил мне целое досье, где Ирину характеризовали очень высоко в профессиональном плане, и оказывается, до отъезда на родину она проходила по спискам возможных кандидатов для привлечения на постоянную работу в ФСБ, чуть ли не в отдел общественных связей. Хотя, как по мне, ее, скорее всего, после соответствующей доподготовки направили бы заниматься информационными войнами. Вот такой кадр нам случайно достался. Но девушка оказалась вполне вменяемой и быстро влилась в коллектив, и после множества разноплановых проверок была допущена к тайне путешествий в 1914 год и озадачена проблемой захвата информационного пространства сначала в Российской империи, а в перспективе и в Европе.
Вот с ней мы долго совещались, причем я пригласил Артемьевых, Дегтярева, Васильева для коррекции и обсуждения плана мероприятий. В свете имеющейся информации всё выглядело логично, легенда нашего эффектного появления в том мире тщательно проработана, и с этого момента был начат отсчет времени до нашего официального проникновения в 1914 год.
Чуть позже приехал Семенов с кэгэбэшным белорусским генералом. В отличие от видеоконференции, на этот раз разговор получился весьма интересный и, главное, не особо затруднительный. У братьев проблемы: горючего нет, продукты заканчиваются, повальные болезни, зато горы накопленного оружия. Слово «торговля» принципиально не воспринималось, не те люди, а вот «взаимная помощь» — это устраивало всех. Поэтому со своей стороны эти люди были готовы помогать в святом деле борьбы с немецко-фашистскими захватчиками всеми силами, ну и ждали от нас помощи в спасении выжившего на территории Белоруссии населения. В качестве акта доброй воли оба не сильно больших самолета привезли двадцать добровольцев и множество ящиков с ПЗРК «Игла».
Груз порадовал, людей разместили в специально восстановленной гостинице в аэропорту и договорились проверять добровольцев по нашим методикам и передавать специальной службе НКВД, которой командовал уже подполковник госбезопасности Строгов, на собеседования для определения полезности Советскому Союзу. Это всех устроило, и после подтверждения соответствующих договоренностей оба самолета были загружены продуктами и контейнерами
