Второй Грааль

— Мистер Филми! Здесь речь идет об огромной сумме! А вы мне толкуете о тайне вкладов!
Но от швейцарца так и не удалось добиться ответа. Так что Эммету ничего другого не оставалось, как смириться.

На улице он перевел дух и задумался. Кроме самого Эммета на земле было только два человека, уполномоченных распоряжаться счетом в Швейцарии, — Лара Мозени и Энтони Нангала. Оба вне всякого подозрения, Эммет им слепо доверял.
А другие члены ордена лежали погребенными под обломками Лейли-Касла.
Тем не менее кто-то закрыл счет и прибрал к рукам пятьсот миллионов долларов. Но кто?

Лара Мозени второпях сложила вещи в дорожную сумку и бросила взгляд на радиоприемник с часами, стоявший на ночном столике. Семнадцать часов девятнадцать минут. Уже почти двадцать минут, как Эммет должен был быть в «Шератоне», но он даже не позвонил.
Против своей воли она ощущала определенную нервозность. Ларе, правда, удалось поймать своего преследователя на пустующей стройплощадке в пригороде и учинить ему допрос, но тот упорно молчал. Лара так и не узнала, чего он от нее хотел и на кого работал. Но она была уверена, что он преследовал ее от самого отеля. И если он знал ее пристанище, определенно, знали и другие. Эммет и она больше не были в безопасности в «Шератоне». Как можно быстрее и незаметнее они должны найти себе новое место жилья.

В дверь постучали — наконец-то!
— Минутку! — крикнула Лара, поставила сумку на диван и открыла дверь.
Но только она нажала на ручку, как дверь распахнулась — так неожиданно и резко, что Лара даже не успела понять, что случилось. Она отшатнулась, как в тумане увидела какого-то бородатого типа, который ринулся на нее и нанес удар в солнечное сплетение, лишивший ее дыхания. Перед глазами все потемнело, и она упала на пол.
Несколько секунд понадобилось незваному гостю, чтобы связать ее и оттащить на диван. Затем он сел перед ней на стул и стал молча ждать, пока она придет в себя.
Но теперь, несмотря на солнцезащитные очки и окладистую бороду, Лара узнала это лицо. Во время путешествия в Шотландию она видела его в нескольких аэропортах. Это был мужчина, по следу которого она шла в течение последних дней. Японец, говорящий на французском языке, который арендовал машину у «Герца» в Исфахане и наблюдал за квартирой Лары с противоположной стороны улицы. Сегодня на нем был синий рабочий комбинезон с надписью по-арабски «Электросервис Баттани». У него были холодные глаза профессионального убийцы. Пистолет в руке только усиливал это впечатление.
— Меня зовут Том Танака, я спецагент Интерпола, — сказал он.
Голос звучал тоже холодно. Он производил прямо-таки зловещее впечатление.
— Уже долгое время я следую за вами по пятам, госпожа Мозени. Или я должен к вам обращаться как к госпоже Макнамаре или госпоже Уотсон?
Лара незаметно вздрогнула. Мужчина знал ее псевдонимы. И как вскоре выяснилось, довольно хорошо разбирался в деятельности ордена. То, что в ордене считали допустимыми методами борьбы, в его устах звучало как нескончаемый перечень преступлений: нарушение неприкосновенности жилища, недозволенное хранение оружия, вооруженное разбойное нападение, угроза применения силы, нанесение увечий, вымогательство, неумышленное убийство. Лара хотела возразить, но Танака резко прервал ее на полуслове. По какой-то причине он был страшно зол на нее, поэтому она предпочла больше его не провоцировать.
— Пока вы и ваши сообщники боролись с другими уголовными преступниками, я еще мог в определенной степени вас понять, — прошипел он. — Однако «Лэйёк» перегнул палку. Вы не имеете права бороться с корридой террористическими способами только потому, что вам не нравится такой вид развлечений. И вы не имеете права убивать людей, когда вам захочется!
Лара вспомнила о докладе Родриго Эскобара в Лейли-Касле. О том, что целенаправленными выстрелами в конечности он выводил тореадоров из строя. И о том, что в начавшейся потом панике толпа задавила ребенка. Лара вспомнила также о своих сомнениях. После доклада она задумалась, стоят ли жизни спасенных быков одной невинной человеческой жизни, — в этом отношении она могла понять доводы Танаки. Тем не менее она ощущала потребность оправдать цели и средства ордена и правильно осветить определенные факты.
С искренним сожалением она сказала:
— Тот ребенок в Мадриде, это был несчастный случай…
Танака так резко вскочил со своего места, что стул опрокинулся. Одним прыжком он оказался возле Лары; его лицо было всего лишь в нескольких сантиметрах от нее. Она ощущала его дыхание и запах пота. И увидела бешеную