Второй кошмар

сказать тебе, какое удовольствие доставила мне сцена битвы. Правда, я ещё не готова предстать перед тобой. Но скоро это сделаю. Совсем скоро. Ты такой забавный, Брандт. Я с удовольствием смотрела, как ты сражался с енотом. Я уже давно так не веселилась. Страх тебе к лице, Брандт. Мне нравится, как твои карие глаза сверкают, а зубы щёлкают. Клёво. В самом деле клёво. — Она смотрела, как парень ворочается, не в силах заснуть. — Ага, не спится? Всё не можешь забыть о том, что едва уцелел? Тебе не о чем волноваться. Енот не был бешеным. Он вёл себя странно совсем по другой причине. Всё из-за зла. Из-за зла, обиташего в этом доме. Ты ещё успеешь это понять. У тебя будет для этого масса времени. А пока засыпай, Брандт. Отдохни как следует. Ведь у меня в запасе ещё много сюрпризов для тебя. Мы сможем стать настоящими друзьями».

Брандт проснулся поздно. В комнате было темно. Но, взглянув на часы, он увидел, что уже одиннадцатый час. Из-за деревьев виднелся крошечный клочок синего октябрьского неба.
«Солнечное воскресенье, — радостно подумал парень. — Чудесный день для долгой поездки. Нужно уехать от родителей. Они действуют мне на нервы».
Выглянув на улицу, он увидел, что родители выгружают из машины покупки.
— Иди, помоги маме, а то ещё надорвётся, — позвал его папа. — На заднем сиденье пятикилограммовая индейка.
Брандт втащил индейку в дом.
— Мы столько всего накупили, — сообщила мама. — Ростбиф, курицу, овощи, пирожные. Что ты хочешь на ужин?
— Пожалуй, ростбиф, — ответил Брандт, запихивая индейку в холодильник.
— И пирожные, — добавила мама.
— Кстати, ты уже распаковал свои вещи? — поинтересовался папа.
— Даже не начинал, — признался Брандт. — Пожалуй, сперва проедусь, осмотрю окрестности. Можно взять «Хонду»?
Отец пожал плечами.
— У нас ещё дел невпроворот. Я думал, ты разберёшься со своей комнатой и начнёшь распаковывать книги.
— Ладно, только попозже, — пообещал парень, подбрасывая на ладони ключи от машины. — Я недолго.
— Брандт! — воскликнул отец.
Но тот уже выскочил на улицу. Сел в тёмно-зелёную «Хонду» и выехал на проезжую часть.
Родители выскочили из дома, размахивая руками, но он сделал вид, что не замечает их. Посильнее надавил на газ и помчался по улице Страха.
Когда дом скрылся из виду, Брандт ещё прибавил скорости. По сторонам мелькали старые дома. Солнце сияло в кронах деревьев. Окошко было открыто, и в лицо бил холодный осенний воздух.
«То, что нужно, — подумал Брандт. — Выбраться из дома и хоть чуть-чуть прокатиться».
Машина выехала из города. Парень вставил кассету в магнитолу и сделал звук погромче.
— Не печалься, если я тебя покину, не печалься, даже если вовсе сгину, — начал он подпевать.
Кругом тянулись бескрайние поля. Шоссе было почти пустым.
«Ладно, посмотрим, какую скорость я смогу развить», — решил Брандт.
Он надавил на педаль и стал смотреть, как поднимается стрелка спидометра. Сто пять километров в час. Сто двадцать. Машина пролетала повороты, бешено визжа колёсами. И это лишь сильнее раззадоривало его.
Кругом тянулись невысокие бурые холмы. Брандт ещё прибавил громкости и сильнее надавил на акселератор. Дорога свернула вправо, потом резко влево.
Справа показался обрыв. Внизу, по долине, тянулась узкая река, сверкающая на солнце.
Брандт проследил глазами за её руслом.
А когда вновь глянул на дорогу, то увидел огромный бензовоз, заслонивший ему весь обзор. И понял, что выехал на встречную полосу. Он лихорадочно вывернул руль, чтобы свернуть обратно.
Но машина не слушалась — она была слишком далеко от нужной полосы!
Бензовоз оглушительно засигналил.
Парень ударил по тормозам.
Машину развернуло и понесло к обрыву.

Сжав руль обеими руками, изо всех сил давя на тормоза и зажмурившись, Брандт ожидал падения. Или долгого скольжения вниз. Но наконец почувствовав, что не движется, открыл глаза. И увидел, что машина не движется.
— О Боже! — воскликнул парень, выскакивая наружу. Правое переднее колесо висело над обрывом, но три других твёрдо стояли на земле.
— О Боже! — повторил парень, качая головой.
Снова залез в машину. Сменил реверс и нажал педаль газа. Шина заскользила по грязи. Машина двинулась, но совсем не туда, куда нужно — дальше к обрыву.
— Ну же! — крикнул Брандт.
Нажал на газ ещё раз, и колёса наконец-то стали вытягивать машину обратно. Правое переднее постепенно встало на твёрдую почву.