Второй шаг

очень напоминает эльфов. Интересно это случайность или она специально выбрала для себя такой образ? Вполне может быть и так, эльфы, как я уже успел узнать, очень популярны, и многие хотели бы походить на них. Немногим, к счастью, это удаётся, а то даже не знаю, как бы я мог учиться в этих стенах.
Пока я размышлял на эту тему, дочка императора закончила говорить и какой-то важный франт стоящий рядом с ней объявил о начале банкета. Слова прозвучали, конечно иные, но суть одна.
Милина сразу же попыталась затащить меня на начавшиеся танцы, но я смог отбиться пообещав потанцевать с ней попозже. Девушке явно это не понравилось, но сильно прессовать она меня не стала. Очень вовремя к ней подошёл какой-то незнакомый мне старшекурсник и она ушла танцевать с ним.
Смотря на веселящихся людей вокруг я понимал, насколько я сейчас далёк от всего творящегося вокруг. Не знаю, что так повлияло на меня, встреча с эльфами или просто неприятие светских вечеринок, но на меня напала какая-то меланхолия.
Сразу накатило немного позабытое уже чувство тоски по своему дому.
Там было все как-то проще. Ненужно было притворяться и вести себя именно так, как принято. Ненужно было показывать уважение, тем кто его явно не заслуживает, и показательно не замечать тех, с кем на самом деле было бы интересно, но статус не позволяет.
Нет, я конечно понимал, что и у меня на родине, тоже всё было не так просто и ситуации бывали разные, но всё же, как-то не так. Сейчас, смотря на всю эту толпу, даже человек, который вообще не разбирается в людях, мог бы с уверенностью сказать, тут практически нет ни одной настоящей эмоции. Все эти улыбки, все эти выражения счастья и восхищения на лицах, всё это прямо кричало о том, что оно поддельное. Исключением разве что являлись такие люди как Милина, которые действительно находили этот праздник весёлым. Но их было очень мало. Основной контингент, выдавливая из себя улыбку, был занят лишь одной целью, старался пробиться поближе к дочке императора, тем самым попав в круг лиц, где можно завести очень полезные знакомства.
Со стороны это было настолько очевидно, что мне даже стало интересно, неужели понятие дворянской чести, которой очень многие из присутствующих кичатся, позволяет такое поведение на публичном мероприятии? По всей логике, не должно, но видимо, кого волнует честь, когда рядом маячит огромная выгода в будущем.
Как я понял, даже если принцесса забудет имя того с кем она говорила через несколько секунд, сам факт беседы с ней, довольно сильно поднимет статус удостоившегося такой чести.
И надо признать, что-то в этом было. Принцесса явно не стеснялась с высокомерным видом просто игнорировать тех, кто по каким-то соображениям не нравился ей, даже не стараясь демонстрировать вежливой улыбки. Поэтому те, кто удостоился счастья обмолвиться с ней хотя бы парой слов, действительно могли считать, что их выделили из толпы.
Она сама, кстати, вообще по-моему не изменилась в лице с тех самых пор как появилась в этом помещении. Нет, так-то она и улыбалась и хмурилась в нужных местах, но вот делалось это так, будто выражение лица совсем не менялось.
Одним словом мастер, будь в этом мире андроиды я бы точно подумал, что она одна из них, так контролировать свою мимику, я даже не знал, что в это в пределах человеческих возможностей. Хорошо хоть наблюдать я за ней мог безбоязненно и так взгляды наверно четверти зала были постоянно сосредоточенны на ней.
— Я смотрю ты настолько восхищен нашей принцессой, что даже не можешь оторвать от неё взгляда. — Послышался знакомый голос со стороны. — Впрочем, ничего удивительного, не даром же её называют первой красавицей империи и думаю ни у кого не возникнет сомнений, что это звание заслужено.
Я уже понял кто ко мне обращается, но всё равно повернувшись в сторону говорившего, не был уверен, что у меня не наблюдаются слуховые галлюцинации.
Удивляться было чему, со мной решил поговорить сам герцог Вионский.
Вроде бы, что тут такого? Я уже не раз имел возможность перекинуться с ним парой слов после наших спаррингов. Но вот только, те диалоги были сугубо практичными, касавшиеся только вопросов фехтования, сейчас же Алмер, судя по всему, решил поговорить со мной о женской красоте. И обстановка, в которой он решил со мной это обсудить, ничего, кроме нехороших мыслей по этому поводу, мне не приносила.
— Мне ещё никогда не приходилось видеть столь прекрасного создания. — Решил я ответить немного простовато, думаю именно это должен говорить человек, до этого проживший почти всю свою жизнь в глуши. Показывать, что принцесса мне как раз таки не понравилась было бы, мягко говоря, неосмотрительно.
— Да, Виолетта всегда собирала на себе только