Второй шанс

периодически барабаня пальцами по поверхности стола, и всё это время начальник 2-го отдела ёрзал на стуле, не зная, куда деть руки. В итоге положил их перед собой, крепко сцепив пальцы.
– Вам не кажется, что это мог написать человек из ГРУ? Или как минимум из числа тех, кто обладает секретной информацией насчёт Полякова и Бохана?
– Тоже думал об этом, но пока, считаю, рано делать какие-то выводы. У нас никаких доказательств.
– Письмо, я так понимаю, было отправлено из Куйбышева?
– Если верить штампу на конверте, то так оно и есть. Наши люди в Куйбышеве проверили оттиск на почтамте, он полностью совпадает с оттиском на конверте.
– Потожировые отпечатки, перхоть, волосы – хоть что-нибудь обнаружили?
– На конверте отпечатки имеются, но его брали в руки как минимум сотрудник почтамта, а после уже наши люди. Пока сверяем. А на бумаге с текстом отпечатков пальцев нет, похоже, отправитель писал в перчатках, или используя другие аналогичные способы. Только перхоть в микроскопических объёмах и два волоска – один с головы, другой ресничный. Волос с головы русый, некрашеный, скорее всего, принадлежит мужчине, но не факт. Однако отмечу, графологическая экспертиза также утверждает, что писал, скорее всего, мужчина или юноша, причём, очень вероятно, левой рукой.
– Продолжайте работать в этом направлении. А что касается Полякова… Неужели он и правда семнадцать лет работает на американцев, а в ГРУ за столько лет ничего не заподозрили?
– Не факт, что работает, это может быть провокацией со стороны ЦРУ или ФБР. Но по его фигуре конкретнее могли бы сказать подчинённые Ивашутина.
– А что по Бохану?
– Могу сказать то же самое. Если по этим объектам нужна более полная информация, то придётся делать официальный запрос в ГРУ.
– Понятно… Ладно, я сам созвонюсь с Ивашутиным, развёл он у себя там… Эти бумаги и письмо я пока оставлю у себя, а вы можете быть свободны.
– Это не всё, Юрий Владимирович.
– Что, ещё письмо?
– Так точно, только не нам, а Щёлокову, я об этом письме вчера, можно сказать, случайно узнал, от своего знакомого, через которого оно проходило. Николай Анисимович с содержанием письма ознакомился, но по моей просьбе вчера вечером мне его передали.
И ещё один вскрытый конверт из папки Григоренко переместился на стол перед Андроповым. Тот, уже нахмурившись, прочитал и задумчиво ущипнул себя за кончик носа.
– Тоже никаких отпечатков?
– На конверте само собой, но и на бумаге имеются. Мы пока не сверяли, но подозреваю, что одни-то уж точно принадлежат самому Щёлокову.
– А с этими маньяками, как считаете, тоже может быть провокация?
– А смысл? Кто-то сводит личные счёты? Тем более письмо также отправлено из Куйбышева, тогда как Михасевич якобы действует на Украине, а Джумагалиев – в Казахстане. Что может связывать эти совершенно разные по географическому расположению регионы?
– А эти люди, указанные в письме, реально существуют?
– Судя по информации, что я получил из МВД, так и есть.
– Хм, а дела-то всё интереснее и интереснее… Вы, Григорий Фёдорович, интенсивнее работайте в этом направлении, хотелось бы посмотреть на загадочного отправителя.
– Работаем, Юрий Владимирович, – выпрямил спину и даже чуть привстал со стула Григоренко.
– Больше писем в вашей папке нет? Тогда можете быть свободны. А это письмо я тоже оставлю, буду на связи с Щёлоковым.
Когда за посетителем наконец закрылась дверь, Андропов по селектору попросил порученца принести чая с лимоном. После чего взял трубку телефона и попросил соединить его с начальником Главного разведывательного управления Петром Ивашутиным.

Фотография с Райкиным удалась, я даже не ожидал, что будет такое приличное качество. Олег Викторович вручил мне на всякий случай три экземпляра, одну, как он сказал, для меня, вторую – для девушки, а третья про запас. Между делом хозяева напоили меня чаем, его супруга Изольда Георгиевна так уж суетилась вокруг меня, словно я приходился этой семье родственником.
Я бы, конечно, взяв фотографии, отправился домой добивать книгу, но как-то неудобно было вот так, когда с тобой носятся, как с хрустальной вазой, взять и уйти. Пришлось и о себе рассказывать, и выслушивать откровения семьи Пузырёвых – такая вот смешная у них оказалась фамилия. Выяснилось, что Олег Викторович и Изольда Георгиевна работают в НИИВТ (Научно-исследовательском институте вычислительной техники), он начальником отдела, она – старшим лаборантом. Супруг увлекается фотографией, а детей у них нет, не знаю уж, по какой причине, неудобно такими вещами интересоваться. Может, ещё