58-летний писатель Максим Варченко засыпает в 2020-м, а просыпается… в 1977-м. Оказавшись в собственном теле 15-летнего подростка, он понимает, что получил шанс прожить свою жизнь заново. Вот только у него ни айфона, ни полученных в результате переноса суперспособностей, как у других попаданцев. Приходится рассчитывать только на себя. Отдельное спасибо за помощь Alex Pol.
Авторы: Марченко Геннадий Борисович
устроиться разгружать вагоны? Ну а что, парень я так-то крепкий, общей картины, думаю, не испорчу. Или можно на стройку податься, уж траншеи копать да цемент таскать у меня силёнок хватит. Правда, всё это по большому счёту копейки, но если трудиться усердно – на оплату секретарши можно наскрести. В смысле, на оплату её труда, а не то, о чём некоторые подумали.
Блин, жаль, что у меня нет печатной машинки. Вот тогда бы точно не заморачивался, а тупо стучал бы по клавишам. После армии я снова пришел в депо, но уже учеником кузнеца: ездить ночами, как я уже упоминал, меня совсем не прельщало. И вот тогда я решил всерьёз занятья литературным трудом, начал откладывать с зарплаты, и через полгода купил небольшую пишущую машинку «Любава». Меня ещё пугали рассказами, что каждая проданная машинка регистрируется соответствующими органами, однако меня никто никуда не вызывал и контрольных экземпляров отпечатанного текста не требовал.
Конечно, печатать на машинке – тот ещё геморрой, с одной только лентой так наваландаешься, что проклянёшь всё на свете. Но альтернативы-то не было, это в Штатах вскоре появятся первые персональные компьютеры, на которых можно будет набирать текст и сохранять на гибкую дискету, а в СССР… В СССР «персоналки», несколько я помню, появились перед самым развалом страны, во всяком случае лично я впервые увидел такую машинку летом 1991 года. И конечно же, это была импортная IBM, а не что-то естественного производства
.
Так что альтернативы, повторюсь, пишущей машинке в нашей стране и тем более провинциальной Пензе нет и в ближайшие годы не предвидится. Сейчас я был бы и этому рад. Жаль, что нет у меня денег и на покупку машинки. Даже если бы не потратился на кафешку для одногруппников, всё равно не хватило бы, «Любаву», помнится, я приобрёл за 180 рублей. Заглядывался на электрическую «Эрику», но платить за неё 280 рублей (а были и дороже) просто душила жаба.
И тут меня осенило, я даже сел в постели. Прокат! Сейчас в пункте прокате взять можно почти всё, что угодно, от лыж до телевизора и холодильника. Может быть, и пишущая машинка в нормальном состоянии имеется? Паспорт вроде бы нужен, ну так можно и маму попросить со мной сходить, на неё пускай оформят. На какой срок максимальный срок, интересно, можно взять вещь? Хорошо бы сразу на три месяца. Правда, как я матушке объясню, где научился на машинке печатать… Ну можно сказать, что хочу научиться, так как в будущем хочу стать писателем. И для начала при ней тыкать неуверенно, а потом всё быстрее и быстрее. Мол, у меня талант к работе на пишмашинке.
Ближайший пункт проката находился вроде бы на Куйбышева, за Лермонтовским сквером, пешком минут двадцать. Вот завтра после училища и схожу на разведку. А то всё-таки писанина ручкой – детский сад какой-то, к тому же у меня такой почерк, что не всякая машинистка разберёт. А вдруг ещё листы перепутает или вообще потеряет? Это же будет катастрофа! Нет уж, лучше набирать самому. С этими мыслями я повернулся на правый бок, как привык спать с возрастом, и вскоре безмятежно засопел.
Утро снова началось с пробежки, я решил себе это взять за правило. Первый учебный день прошёл без эксцессов, если не считать, что весь урок литературы я не столько слушал, о чём говорила Верочка, сколько пытался утихомирить свои гормоны.
– Ребята, по программе 9-го класса мы начинаем изучать произведение нашего великого земляка Михаила Юрьевича Лермонтова «Герой нашего времени»? Может быть, кто-то его уже читал?
– Да какой он земляк!
Это у меня вырвалось непроизвольно, и то вполголоса. Но Верочка услышала.
– Варченко, почему ты считаешь, что Лермонтов не является нашим земляком?
Блин, дёрнул же меня чёрт за язык. Придётся вставать и отвечать.
– Хотя после свадьбы родители Лермонтова поселились в Тарханах, рожать супругу Юрий Петрович повёз в Москву. Там в ночь со 2 на 3 октября (15 октября по новому стилю) 1814 года и появился на свет будущий великий поэт. А детство его, это верно, прошло в усадьбе бабушки в Тарханах, и возможно, благодаря именно Елизавете Алексеевне и воспитанию, которое она дала внуку, из него и вырос прекрасный поэт и прозаик, обладавший, тем не менее, весьма дурным характером.
– Дурным характером? – зарумянилась Верочка. – Максим, с чего ты это взял?
С чего я взял? Хм… Вообще-то биографию Лермонтова в своё время я неплохо изучил, по иронии судьбы один из моих попаданцев как раз попадает в те времена и на Кавказе встречает поэта. Причём сначала решает помочь тому избежать гибели на роковой дуэли, но, познакомившись с Михаилов поближе, понял, насколько тот пакостлив, и предоставил истории идти своим чередом. Так что тут-то Остапа,
Первый серийно выпускаемый отечественный персональный компьютер «Агат» появился в 1984 году, но, естественно, был он доступен далеко не каждому, да и по техническим характеристикам сильно уступал западным аналогам.
