Второй шанс

перейти к более активным действиям.
Едва прозвучал гонг, я пошёл в атаку. Не нахрапом, а реализуя на практике нашу с Храбсковым домашнюю заготовку, о которой он мне напомнил в перерыве. Два моих джеба ушли в защиту, тут Федя показал себя молодцом, а вот моего широкого шага вперёд и пары хуков на ближней дистанции он явно не ожидал. Вернее, от первого успел защититься, прикрыв челюсть перчаткой, а печень локтем правой руки. А вот от бокового правой укрыться не успел, и моя перчатка смачно вошла ему в челюсть. К чести соперника, он не остался ждать, пока я его добью, а хоть и на, возможно, слегка ватных ногах, но сделал уход назад и в сторону. Всё-таки Рахматуллин не зря ест свой хлеб, научил кое-чему парня.
К следующей подобной атаке Федя оказался готов. Едва я под аккомпанемент джебов попытался сократить дистанцию, как соперник тут же не отшагнул, и даже попытался встретить меня прямым левой. Но удар пришёлся по перчаткам вскользь, я этим немедленно воспользовался и, выбросив ещё несколько джебов, загнал соперника в угол. Здесь уже я разошёлся по полной, не жалея сил, принялся вколачивать в него свои хуки и апперкоты. Федя пытался клинчевать, пытался уйти из угла, но меня было уже не остановить. И когда очередной апперкот вошёл ему точно в кончик челюсти, противник наконец покачнулся и откинулся всем телом на угловую подушку, по которой начал медленно сползать на пол.
– Стоп!
Рефери буквально оттолкнул меня от сидевшего на пятой точке соперника, я трусцой побежал в противоположный угол, где ждал, пока Федя встанет на ноги. А молодец парень, поднялся! И секундант не спешит выбрасывать полотенце. Что ж, вечер перестаёт быть томным.
Но до гонга Машной всё же не достоял. Не давая ему выйти из стояния грогги, я снова вбил его в угол и устроил новую экзекуцию с тем же результатом. И вот теперь Рахматуллин наконец сдался, броском полотенца на ринг прервав счёт рефери.
– Здорово отработал, – похвалил меня Храбсков, когда мы отошли в сторону к нашим вещам. – Честно сказать, думал, что Машной тебя все три раунда провозит, будет набирать очки прямыми ударами.
– Но мы же применили домашнюю заготовку, – улыбнулся я.
– Это ты молодец, умеешь слушать тренера. Теперь отдыхай, завтра финал.
Помню, в прежней жизни перед боем я всегда плохо спал, всё представлял, как может сложиться поединок. Но сейчас, с сознанием взрослого человека внутри подросткового тела, уснул спокойно, и проспал до 7 утра без всяких сновидений. Вскочил бодрый, на пробежку, правда. не побежал, но зарядочку продела. Бой с тенью перед трюмо. В зеркале разглядываю свою физиономию – ни одного кровоподтёка. Да и с чего бы им появиться, когда я толком ни одного удара от долговязого Феди не пропустил. Про увальня из Кузнецка я вообще молчу.
В таком вот бодром настроении и в сопровождении решивших меня поддержать Андрюхи и Игоря явился в цирк, где через час меня ждал бой с представителем Сердобска Иваном Мизуриным. В Сердобске, кстати, десятилетиями воспитывают неплохих и боксёров, школа там приличная. Полуфинальный поединок Ивана, который он завершил досрочно, я вчера посмотрел, и понял, что с этим левшой мне придётся как следует пободаться. Статью, ростом он походил на меня и, что самое интересное, бой вёл в похожей манере, лишь с оговоркой относительно левосторонней стойки.
Минут за пятнадцать до боя подтянулись и несколько моих бывших одноклассников, включая Пашку Яковенко, те, которым я смог дозвониться, обнаружив их домашние телефоны в случайно найденной в столе записной книжке. Были даже девчонки, жившие в той самой 9-этажке на Московской Надя Каменская и Света Ерёмина, с которой я сидел за одной партой. А рядом с ними присела также приглашённая мною Лада Касаткина, и они втроём что-то обсуждали, пока я не подошёл и не сказал:
– Привет!
– Максим, мы желаем тебе сегодня только победы! – высказалась за всех Света.
– Спасибо, таких красавиц грех подвести, – улыбнулся я во все тридцать два.
Из моей группы пришли Стрючков (он и вчера был после уроков, на полуфинале) и, как ни удивительно, Маслов, которого, казалось, ничто, кроме локомотивов, не интересовало. Но больше всего я удивился, случайно заметив чуть ли не на галёрке учительницу русского и литературы. Не поленился, бодро взбежал по ступенькам и поздоровался со смутившейся оттого, что её увидели, Верочкой.
– Не ожидал вас сегодня здесь увидеть, Вера Васильевна.
– Я от Серёжи Стрючкова случайно узнала о том, что ты здесь выступаешь, подумала, почему бы не сходить. Всё-таки мой ученик, поддержу его.
– Спасибо, ради вас я выложусь на все сто!
– Максим, ну что ты… Ступай, тебя вон, кажется, тренер зовёт.
И впрямь, Храбсков