Герои романа, живущие в 6 веке эры объединенного человечества постигают загадочность далеких созвездий, наблюдают грандиозные галактические сражения, вступают в контакт с внеземными цивилизациями. Невероятные приключения на далеких созвездиях, взаимоотношения человеческого и космического разумов в центре этих произведений.
Авторы: Снегов Сергей Александрович
– Выводить ангелов из боя!
Ромеро вскочил на штабного пегаса, и вскоре ангелы стали покидать поле сражения.
Я спустился с холма и пошел в лагерь.
У Мери на санитарном пункте кипела работа. Ангелицы-санитарки прилетали с ранеными. Истерзанные драконы приползали сами, а пегасов приходилось подгонять: даже с поврежденными крыльями они норовили взлететь.
Но боль они сносили спокойно, ни один не ржал со злобой, когда ангелы-хирурги неумело брали в когти скальпель.
– Мери, мне показалось, что Лусин падал! – сказал я. – Где он?
– У Лусина легкое ранение, но Громовержец плох.
У Лусина была забинтована голова и рука на перевязи. Он горестно поглядел на меня, по щекам его катились слезы.
Громовержец лежал на боку, без сознания. Глаза его были закрыты, великолепная корона боевых антенн помята – с остриев еще стекали предсмертные синеватые огни Эльма. Я опустился на колени и прислушался к работе сердца. Сердце стучало неровно и глухо, то замирало, то часто и слабо билось. Я молча встал. Надежды не было.
– Такой друг! – шептал Лусин, плача. – Такой друг, Эли!
Нет худа без добра: мы потерпели поражение, но узнали, на чем зиждется оборона Станции. Анализаторы, пока шла битва, определили физические параметры фантомов. Образования эти были воистину фантастической породы – почти без массы, однако оптически непроницаемы.
– Я предупредил, что автоматы не более чем силовые поля, способные принимать любой телесный облик, – мрачно напомнил Орлан.
Это был один из тех редких случаев, когда он изменял своему мундиру безразличия.
Даже Труб был ошеломлен.
– Мы, ангелы, по природе своей – материалисты, – взволнованно высказался он на совете, – мы отважимся сражаться против любого вещественного противника. Но против призраков ангелы бессильны. Борьба с привидениями – не наша стихия!
Больше всего я страшился, что эта паническая философия окостенит души. В борьбе с фантомами мы потерпели не так физическое, как психологическое поражение. И весь упор возражений запаниковавшим я построил на уничтожении философии страха.
– Чепуха, что противник нематериален. Эти фантомы составлены из энергетических полей, а разве силовое поле – не одна из форм материи? Наши изображения на стереоэкранах несут в себе еще меньше массы, чем любой из фантомов, – почему же вы не бледнеете при виде стереоэкрана? Удивительность фантомов не в их мнимой нематериальности, а в том, что им удалось блистательно скопировать нас самих. Вот где загадка! И нужно распутать ее, чтоб не поддаться на новые хитросплетения. Не трястись перед потусторонними силами, а разобраться в новой физической проблеме – вот чего я требую.
После такой отповеди обсуждение стало деловым.
– Загадка фантомов решается просто, – доказывал Андре. – Если у противника имеются анализаторы высокого быстродействия, они легко отобразят особенности нашего строения. а после этого не составит труда построить образ, оптически идентичный нашим.
– Просто, легко, не составит труда! – с досадой сказал Осима. – Но на наших стереоэкранах жалкие оптические изображения, а у них отображения силовые. Разница!
– У нас чего-либо подобного, к сожалению, нет и в помине, – со вздохом поддержал Осиму Ромеро. – Объяснения ваши я могу принять, проницательный Андре, но вряд ли от них станет легче.
По тому, как скромно Андре выслушал возражения, я чувствовал, что он готовит сюрприз. Во всяком случае, так держался бы прежний Андре. Его глаза лукаво поблескивали. Я снова верил в гений Андре.
– Не легче? – переспросил он. – А я как раз собирался выпустить против неприятельских фантомов наши собственные, может, попроще по структуре, но для зрения убедительные.
– А для других ощущал, употребляя это местное словечко? – спросил я. – Ты понимаешь, Андре, у зловредов… Простите, у защитников Станции анализаторы не ограничиваются зрением.
– Я и не собираюсь конкурировать с ними. Их фантомы воюют реально, мои же лишь спутают тактику противника: пусть он направляет удары на призраков, а не на нас. Истинные привидения, которых опасается Труб, будут сражаться на нашей стороне.
Ромеро с сомнением покачал головой. Орлан вновь замкнулся в мундире бесстрастия. Зато увлекающемуся Гигу очень понравилась идея Андре, Труба тоже восхитило, что на воинственную шайку фантомов будет спущена кровожадная орда призраков.
– Война призраков против призраков, к сожалению, операция призрачная, а нам нужны реальные результаты, – сказал Ромеро.
– Призраки, конечно, не более чем призраки,
