Герои романа, живущие в 6 веке эры объединенного человечества постигают загадочность далеких созвездий, наблюдают грандиозные галактические сражения, вступают в контакт с внеземными цивилизациями. Невероятные приключения на далеких созвездиях, взаимоотношения человеческого и космического разумов в центре этих произведений.
Авторы: Снегов Сергей Александрович
рядовым существом, ты потерял бы многие из нынешних своих преимуществ… Ты и сейчас не бессмертен, но долголетен, а тогда над тобой витал бы призрак скорой смерти. Ты сполна получил бы не только радости, но и горести жизни. И ты был бы лишен своего могущества, своей власти над пространством и звездами, своего проникновения в жизнь и мысли каждого существа, сопричастия всему живому… Всесилие твое неотделимо от твоей слабости. Подумал ли ты обо всем этом? Пошел бы на все это?
Он ответил с глубокой скорбью:
– Что власть, если нет жизни? Что всесилие, если оно лишь иновыражение слабости? И зачем ясновидение, если я даже притронуться не могу к тому, что понимаю так глубоко?
Я повернулся к Лусину.
– Громовержец, кажется, еще жив?
– Умрет, – печально сказал Лусин. – Сегодня. Если не уже. Спасенья нет. Мозг поврежден.
– Отлично! Я хотел сказать – жаль бедного Громовержца. Теперь скажи – ты смог бы пересадить Громовержцу другой мозг, живой, здоровый, могучий – и тем спасти твоего питомца от смерти?
– Конечно. Простая операция. Делали посложнее. В ИНФе. Новые формы.
– Знаю. Уродливые боги с головой сокола. – Я опять обратился к Голосу: – Ты слышал наш разговор. Вот тебе превосходная возможность обрести тело. Раньше ты, разумеется, раскроешь пространство, поможешь восстановить звездолет и научишь работе с механизмами Станции.
– Да, да, да! – гремело и ликовало вокруг. – Да! Да! Да!
– Тогда поздравляю тебя с превращением из повелителя пространства и звезд в обыкновенного мыслящего дракона по имени Громовержец.
– На это я не согласен! – сказал он вдруг.
– Не согласен? С чем?
– С именем. В мечтах я давно подобрал себе другое имя! Раньше оно выражало мою тоску, теперь будет выражать мое счастье.
– Мы согласны на любое. Объяви его.
Он выдохнул торжествующим звуком:
– Отныне меня зовут Бродяга.
Я все-таки был осторожен, что бы Ромеро ни говорил впоследствии обо мне. Нетерпеливо стремившийся к телесному воплощению Мозг сетовал на мое бессердечие. Но я твердо постановил – раньше распутать тысячи сложных вопросов, а потом осуществить обещание.
– Надо восстановить МУМ, – сказал Андре вскоре после захвата Станции. – Надеюсь, ты отдаешь себе отчет, что без надежно работающей машины отпускать Мозг в самостоятельное существование равносильно самоубийству? Или ты сам собираешься занять место Главного Мозга?
Чужие места я занимать не собирался. Но я верил, что Андре удастся восстановить МУМ, и не скрывал своих надежд.
– Воспользуйся помощью Мозга, – посоветовал я. – Но как добраться до звездолета? Проделать обратный путь мне не улыбается.
– Так вот, – сказал Андре. – МУМ мы доставим на авиетке, есть возможность перевести их с ползанья на полет. Но восстановленная МУМ понадобится на звездолете. А на планете ты отпускаешь Мозг. Как быть? Проблема, не правда ли?
– Проблема, – согласился я.
Я не сомневался, что у Андре уже имеется проект ее решения.
– Выход такой: Мозг на планете заменю я, а меня будут дублировать Камагин и Петри. Имеешь возражения?
– Только сомнения. Для роли твоих дублеров Эдуард и Петри, возможно, подойдут. Но подойдешь ли ты сам, как дублер Мозга?
– Сегодня он обследовал нас троих. Меня принял сразу, а Эдуарду и Петри придется потренироваться. – Андре запальчиво закричал, предваряя
