Как и было обещано некоторыми божественными сущностями, бедного блудного (или блудящего?) Буревестника закинули в маго-технический мир для обучения нормальной магии. Буквально запихнули в школу-интернат для магически одаренных… девушек.
Авторы: Тимур Айтбаев
были предупредить насчет моего появления.
— А? Да, было такое, — начальник смены оправился первым. — П-проходите. Маркус проводит к гостинице. И… это… мантикора…
— Себе оставьте эту бритую кошару, — блондинка сняла с волос кусок мяса и отбросила в кусты. — Знала бы, что она такая хрупкая, не обращалась бы к Кенширо… Эх, за последнее время ни одного нормального противника, представляете? Хоть иди и Лысика тряси, только он, зараза небритая, отказывается! Представляете? Травма у него, лысиного сына, психологическая, представляете⁈ Хоть ты… эммм… хммм… Хи-хи-хи… А это мысль! Точно-точно! После такого он на все будет согласен, лишь бы я заткнулась! Все, решено! Совиная лысость, мы идем трясти Лысика и потрясать его небритую харю своим чисто выбритым интеллектом!
Если не интеллектом, то уж своим внешним видом блондиночка всех потрясла точно. Во всяком случае, сидящий за столиком на первом этаже гостиницы Андрей, мирно ужинающий в компании со слегка нервными девушками, от вида ввалившейся через двери окровавленной Фив пронес вилку мимо рта, пропахал ею половину щеки, загнал себе в глаз… и не обратил на это ровно никакого внимания!
Последовавший за этим рывок прямо с торчащим из головы столовым прибором даже вампирша Селеста смогла воспринять только как смазанное пятно из остаточного образа — слишком быстрым он был. В следующие пять секунд застывшая от шока Фив была осмотрена со всех сторон, облапана и обследована магией.
— Уф, здорова, — облегченно выдохнул Вестник.
— А что, во имя лысины Кенширо, были варианты? — захлопала ресницами блондинка.
— Ангелочек, напомни мне, обладаешь ли ты нормальной регенерацией? — строго посмотрел на неё Андрей.
— Нууу… — та действительно задумалась, приложив пальчик к губкам. — Вроде бы нет.
— Угу, — кивнул Вестник. — А теперь ответь, как ты сейчас выглядишь?
— Ой, — осмотрев себя, вынесла вердикт Фив.
— Вот-вот, — Андрей отвесил подруге легкий щелбан. — Как находящаяся при смерти от многочисленных ран. И это как минимум. У меня рефлекс на умирающие сиськи раньше мозга сработал.
— У тебя рефлекс на любые сиськи раньше мозгов работает, — вздохнула Ангелочек.
— Вот не надо, я почти исправился, — покачал тот головой. — И вообще… марш в ванную!
— Есть, сир! Ааа… Эмм… Проводишь?
Вестник смерил её подозрительным взглядом, но все же кивнул и повел девушку в снятую для них комнату.
А тем временем за оставленным им столиком.
— Очень… интересная особа, — сказала Селеста, проводив взглядом скрывшуюся на лестнице парочку.
— И опасная, — Ориме покосилась на вампиршу и поплотнее закуталась в серые одеяния экзорциста.
— Такая растрата, — вздохнула Жозель, глядя в окно.
Преподавательницу намного больше интересовали редкие материалы, которые можно было получить из Королевской мантикоры. Вот только прав на них у неё не было никаких, а Андрей и Фив явно не намеревались брать долю от добычи. Просить же эту парочку… От одной мысли о том, ЧТО Буревестник может потребовать в качестве оплаты, мисс Алую начинали одолевать самые противоречивые чувства.
Дельфина и Нэнси же просто молча пили слабенькое вино. Первую слишком сильно шокировал «кровавый дождь», недавно прошедший за окошком, так что она пыталась подавить легкую нервозность, а мисс Оил пыталась примерно представить силу удара, что способен разорвать надвое подобного монстра. Выходило слабо. А озвученная во время дороги просьба Фив о спарринге уже не вызывала такого энтузиазма. Хорошо хоть она не успела тогда дать согласие — Вестник довольно грубо заткнул её и отговорил от подобной глупости.
В то же время в местной конюшне деревенский алхимик и пара стражников квадратными от шока глазами смотрели на страуса, меланхолично жующего хвостовое жало мантикоры.
— Там же яд!
— Угу, смертельный. Как я слышал, одной капли на сотню человек хватит.
Тем временем странная черная птица проглотила тщательно пережеванный кусок, а через пару секунд упала на пол, забилась в судорогах и сдохла. О последнем говорили лопнувшие глаза, пошедшая изо рта кровавая пена и остановившееся дыхание.
Но не успела троица людей начать паниковать, как раздался мелодичный перезвон и страус с хрипом и бульканьем вновь начал дышать. А через десяток секунд все следы страшной смерти исчезли и он с печальным видом поднялся на ноги.
— Не получилось, — констатировал Ыть и отрешенно посмотрел на притихших людей. — Наши жизни неизбежно станут лишь пылью
