экономки, и в общем-то не могла жаловаться на обращение. Все обитатели были с ней вежливы, учтивы, по возможности дружелюбны, и старались быть искренними, она только и делала, что распоряжалась на кухне, и в её подчинении находились горничные, работавшие в доме. Оливия была довольна нынешней жизнью, настолько, насколько можно. Но стоило подумать о скором отъезде Кендалла, и ей становилось не по себе, даже страшно: остаться одной с Джартом, хуже этого не могло быть ничего. Правда, Линнер тоже никуда не едет, но вряд ли волшебнику есть дело до её страхов.
— Только бы он перестал смотреть на меня своим пустым взглядом! — пробормотала Оливия, поёжившись. — Милостивые боги, наверняка придётся убираться в его комнате, он ведь совсем не обращает на себя внимания!
А Джарт действительно настолько ушёл в себя, что мог целый день просидеть у окна или у могилы Ралины, пока его не потревожат. Друзей пугала эта молчаливость, они не знали, что делать.
— Хоть бы он огрызался, что ли, или ругался, на чём свет стоит, — ворчал с беспокойством Рейк. — Линнер, леди Эллинора, неужели вы ничем не можете ему помочь?
— Магией Джарта не вылечишь, — вздыхала Неумирающая, с болью глядя на племянника, его состояние напоминало ей себя после смерти отца Сэнди. — если бы он болел физически, а не душевно…
Их взгляды невольно обращались на фигурку в скромном коричневом платье и белом фартуке, спешившую по каким-нибудь хозяйственным делам.
— Оливия хорошая девушка, — тихо согласилась Эллинора. — Но Джарт волком на неё смотрит, а она шарахается от него, как от чумного.
— Завтра мы уезжаем, — задумчиво отозвался Рейк. — Джарту волей-неволей придётся общаться с ней, он же теперь за главного остаётся…
— Я прослежу за ними обоими, — улыбнулся Линнер.
День отъезда выдался ясным и солнечным — удивительным для наступающей осени.
— До свидания, девочка моя, — Эллинора прижала дочь к груди. — Береги себя там, особо не геройствуй.
— За мной есть, кому присмотреть, мама, — весело ответила Сэнди, прижавшись к Роану.
— Удачи, Дориан, — Линнер обнял друга. — Я буду время от времени связываться с тобой.
— Я сообщу, как только всё закончится, — Кендалл повернулся к Джарту. — Оставляю город на тебя, дружище, присмотри тут за порядком.
— Конечно, Дориан, — он натянуто улыбнулся. — Счастливо доехать.
Они поднялись на борт корабля, Кендалл отдал приказ поднять якорь. Глядя на проплывающие мимо роскошные особняки, он вспомнил, как ехал сюда вместе с Альмарис. «Рили… где ты сейчас, родная?..» Вспомнилось то недолгое счастливое время, когда Тайрен’эни была вместе с ним, память хранила каждую улыбку, каждый жест принцессы. Дориан стиснул зубы. «Без неё у меня никогда бы не получилось взять Монтар. Она надеется на меня, и не только она одна. Да пошлют мне милостивые боги удачу, столица будет моя, или я не Дориан Кендалл».
У Линнера вошло в привычку каждый день после обеда гулять с Эллинорой по городу. Волнения стихли, и в Верхнем, и в Нижнем воцарилось спокойствие, вход из одного района в другой был свободный, только ночью патрули по-прежнему обходили улицы. Многое предстояло сделать, и Джарт целыми днями не покидал кабинета, беседуя с многочисленными по-сети-те-ля-ми и решая возникающие проблемы. Линнер помогал ему время от времени, отмечая хорошие способности Джарта к управлению.
— Конечно, ведь он с Альмарис всегда помогал отцу в делах Ферра, — улыбалась Эллинора. — В Нимелии детей воспитывают в равных условиях всегда, мало ли что может случиться.
Как Оливия и предполагала, у неё прибавилось работы. Как-то, на третий день отплытия Кендалла, Линнер заглянул на кухню.
— Оливия, будьте так любезны, отнесите Джарту обед. Мне не нравится, что он ест от силы два раза в день, утром и поздно вечером, перебиваясь в течение дня кусками.
— А… может, милорд просто спустится в столовую? — Оливия сглотнула при мысли оказаться лицом к лицу с Джартом.
— У него слишком много дел, — извиняющимся тоном произнёс волшебник. — Не бойтесь, Оливия, он только с виду такой грозный.
— Я и не боюсь, — женщина сжала губы. — Сейчас поднимусь.
В маленькой гостиной перед кабинетом сидели несколько человек, дожидаясь своей очереди. Оливия постучалась и вошла, стараясь не смотреть в сторону Джарта.
— Ваш обед, милорд, — ровным голосом произнесла она, остановившись посередине комнаты.
— Поставь на стол, — не поднимая головы, буркнул он, продолжая что-то писать. — И скажи, чтобы заходил следующий.
Весь стол был завален бумагами, Оливия отодвинула часть из них в сторону, подумав, что хорошо бы тут убраться. И с некоторым колебанием
