Мне казалось, я всё предусмотрел, и продумал. В том месте, где я жил, много книг по различным магическим предметам, и про Артефакт тоже. Но я понятия не имел, что эта вещь лишит меня памяти, и что Альмарис станет мне врагом. Так что не спрашивай, что я смогу а что не смогу.
Призрак вздохнул.
— Ринал, ты украл вещь, которую с древних времён охраняют принцессы Нимелии. Неважно, с какой целью, но ты это сделал. Более того, тебе приглянулась именно та, которая охраняет Артефакт, будь он проклят. Ни за что не поверю, что такой умный человек, как ты, действительно думал, что стоит встретиться с Альмарис, всё ей объяснить, и она с радостью поможет тебе с помощью Артефакта остаться в этом мире. А теперь хочешь вдобавок ко всему лишить её магии.
Ринал зажмурился и тряхнул головой.
— Я хотел просто встретиться с ней, — тихо ответил он. — Я хотел любить её.
Райтон хмыкнул.
— Да, ты не мелочишься. Украсть, так самую охраняемую вещь в этом мире. Любить, так самую важную персону. По-моему, ты сам запутался, Ринал. У тебя был шанс, пока Альмарис находилась в твоём доме, но она нашла в себе силы сбежать. Не знак ли это отказаться от намерения поселиться в этом мире? Есть много других, где тебя не будет ждать столько сложностей. Есть миры вообще без магии, нужно только появиться там, и всё, и жить. Не сомневаюсь, там можно найти девушку ничуть не хуже Альмарис.
— Не могу, — волшебник прислонился лбом к холодному стеклу. — Я никогда не любил, Райтон, не до того было, да и с женщинами особо не умел общаться. Даже здесь, потеряв память, я всё равно искал Альмарис, понимаешь? Мне не нужна другая…
— Мда, не думал, что всё настолько серьёзно, — призрак вздохнул. — Даже не знаю, что сказать. Убрав Артефакт из этого мира, ты нарушил веками существующий баланс, связь между Тайрен’эни и этой вещью. Наследницы Нимелии всегда выбирали одного мужчину, и любили тоже только его — иногда не сразу, иногда это была любовь с первого взгляда. Но теперь… — Трейз снова покачал головой. — Артефакт пытается выполнять свою работу, связать ту, которая его охраняет, с избранником. Но загвоздка в том, что единственным жителем того мира, где он сейчас находится, являешься ты. Могу представить, что творится в душе леди Альмарис, — призрак прошёлся по кабинету. — Любить двоих одновременно столь разных мужчин…
Ринал замер, потом медленно повернулся к собеседнику.
— Ты сказал — любить? — переспросил он. — Значит, Альмарис всё-таки любит меня?
Райтон пожал плечами, пряча улыбку.
— Спроси у неё сам, когда она придёт за своей магией.
Так же неожиданно, как появился, призрак исчез. Волшебник некоторое время наблюдал, как голубые звёздочки падают в кубок, его лицо хранило задумчивое выражение. Потом, словно очнувшись, Ринал тряхнул головой и вышел из кабинета. Как бы там ни было, а Рили всё-таки вернётся к нему. «И тогда посмотрим, чья возьмёт».
ГЛАВА 9
— Дориан, мне придётся вернуться, — тихо сказала Альмарис поздно ночью, устроившись на плече Кендалла. — У него Ламирон, и у Ринала достаточно знаний, чтобы использовать его для моего возвращения, — принцесса вздохнула. — То, что я от него сбежала, это всего лишь отсрочка, я сбежала от свадьбы, но не от судь-бы. И потом… — она помедлила, размышляя, говорить ли всё до конца. — Есть ещё кое-что.
Дориан каким-то шестым чувством догадывался, какое признание собирается сделать Альмарис, и у него холодок пробежал по спине.
— Да, родная? — мягко произнёс он, ободряюще сжав её ладонь.
— Он… я… — Рили сглотнула, горло внезапно пересохло. — Он оказался совсем другим, чем я представляла. В какой-то момент… О, боги, мне нравились его знаки внимания, — пробормотала девушка, боясь взглянуть на Кендалла. — Меня тянуло к нему…
Альмарис замолчала, опасаясь продолжать и вытащить на свет то, что так тщательно пряталось в самых дальних уголках души, и в чём она даже самой себе боялась признаваться. Дориан постарался унять волну раздражения и злости на Ринала. Ревность сейчас была совершенно лишней — Рили ведь всё-таки сбежала от первого министра.
— И он не позволит мне просто так уйти, — закончила девушка. — Дориан, он найдёт способ вернуть меня. Я не знаю, что будет, когда я снова окажусь рядом с ним…
— Сколько у нас есть времени? — помолчав, спросил Дориан, рассеянно поглаживая тонкие пальчики девушки, лежавшие на его груди.
— Не больше двух недель.
— Так мало… — вырвалось у него, и Кендалл крепче прижал к себе Рили.
— Потом мы не увидимся очень долго, — шёпотом произнесла Альмарис, в её голосе послышались
