от отчаяния Рейк чуть не кусал локти, провожая взглядом чёрный экипаж без герба.
Однако сейчас следовало отставить панику и подумать о том, как вытащить Чертёнка, и для начала узнать, куда её везут. За несколько домов до двухэтажного особняка Рейк догадался, где собираются держать девушку, и с досады выругался последними словами. В штаб тайной полиции де Брок не привозил простых арестованных. Не желая больше искушать судьбу — про охрану этого неприметного домика ходили легенды, имевшие под собой реальную основу, — Рейк вернулся к Роану.
— Чертёнок у де Брока, — хмуро сообщил он. — Надо сказать остальным.
Лицо парня побледнело, но больше он ничем не выдал чувств — истерики сейчас ничем помочь не могли.
— Ладно, не переживай, — Рейк положил Роану руку на плечо. — Придумаем что-нибудь, пошли к остальным.
Дома Рейк собрал всех в гостиной, кроме Альмарис — Тайрен’эни отдыхала в спальне, и её решили не беспокоить.
— Сэнди в особняке де Брока. Я сам видел, как её туда отвезли, — без вступления сообщил Рейк.
Джарт прикусил губу, медленно опустившись в кресло.
— Говорил я ей не рисковать… — он покачал головой. — И кто сообщит это Альмарис, а, господа заговорщики?
— Я знаю.
Все обернулись: принцесса стояла на пороге гостиной, прислонившись к косяку, и молча показывала кольцо, камень которого стал тёмным, как ночное небо, затянутое облаками.
— Альмарис, родная, тебе лучше сесть, — поспешил к ней Кендалл.
Рили прикрыла глаза, одинокая слезинка скатилась по её щеке.
— Ох, Сэнди, Сэнди… — она всхлипнула. — Как же так…
— Дориан, проводи Альмарис в спальню, — спокойно произнёс Линнер. — Я попробую подумать, что можно сделать.
«Если вообще есть шансы на помощь», — с сомнением добавил он про себя, обводя глазами хмурые лица друзей.
— Ну, что будем делать? — выразил общую мысль Рейк.
— А чтоб я знал! — взъерошив волосы, Линнер прошёлся по гостиной. — Чертёнок попала в серьёзную переделку, и вот так, с наскока, её не вытащить, на-деюсь, это понимают все, — волшебник покосился на Роана. — То, что Сэнди придётся провести какое-то время в подземельях де Брока — неизбежность. День, когда мы отправимся выручать её, будет началом открытого сопротив-ления, — Линнер помолчал. — Надо поставить в известность всех нужных лю-дей, и…
«Линнер?.. — услышал вдруг он далёкий, незнакомый голос, и вздрогнул от неожиданности. — Меня зовут Эллинора, я мать Сэнди. Не вздумайте что-либо предпринимать, пока Ринал находится в Монтаре! Вам придётся по-терпеть, прежде, чем начать восстание, потому что пока первый ми-нистр не уехал, он всё внимание обратит на… на Сэнди, и охранять её будет соответственно. Дождитесь, пока Ринал уедет, тогда и начинайте». Голос пропал так же неожиданно, как появился, но Линнер почувствовал, как после этих слов ему стало спокойнее.
— Мы не можем сидеть сложа руки… — начал было Джарт, но Линнер его оборвал.
— Ринал скоро уедет, — негромко произнёс волшебник. — И только по-сле его отъезда у нас есть шанс помочь Сэнди, не раньше. Со мной сейчас разговаривала Эллинора, мать Чертёнка, она предупредила, что в ближайшее время мы ничего не сможет сделать.
На гостиную опустилась тишина, Ралина нашла руку Джарта и слегка сжала её, не зная, как утешить.
— Всё будет хорошо, милый, — шепнула она. — Вот увидишь, всё будет хорошо…
Эллинора вскочила среди ночи, разбуженная сильнейшей тревогой.
— Сэнди?…
Торопливо покинув маленькую комнатку, служившую спальней в Херим Амире, Неумирающая поспешила в центральный зал. Коснувшись пустого постамента, она закрыла глаза и сосредоточилась, перед её внутренним взором открылась картина. Прикованная к стене Сэнди пренебрежитель-но кривила губы, глядя на стоящего перед ней незнакомого человека, в кото-ром Неумирающая угадала Ринала. Девушка выглядела неважно, гря-зная рубашка в пятнах крови, на скуле красовался синяк, а спутан-ные волосы висели грязными прядями. Эллиноре этого хватило, чтобы по-нять, где оказалась дочь, и что её ожидает в скором будущем. Женщина судо-ро-жно вздохнула, сделав шаг назад и прижав ладонь к губам.
— Сэнди, нет!.. — Неумирающая растеряла всю невозмутимость и отстранённость, едва Сэнди стала угрожать нешуточная опасность. — Родная моя, сердце моё… — Эллинора прислонилась к холодному мрамору щекой, бес-си-льно всхлипнув. — О, боги, девочка, я не могу сделать это… только не с то-бой, Чертёнок!
Стиснув зубы, Неумирающая загнала рвущиеся рыдания обратно в горло, и выпрямилась.
— Сэнди дочь своего отца, она сильная и упрямая, — женщина глубоко вздохнула. — Она выживет назло
