Этот сериал смотрят во всем мире уже пятый год. Он вобрал в себя все страхи нашего времени, загадки и тайны, в реальности так и не получившие научного объяснения. Если вы хотите узнать подробности головоломных дел, раскрытых и нераскрытых неугомонной парочкой спецагентов ФБР, если вы хотите заглянуть за кулисы преступления, если вы хотите взглянуть на случившееся глазами не только людей, но и существ паранормальных, читайте книжную версию «Секретных материалов» — культового сериала 90-х годов.
Авторы: Картер Крис, Бережной Сергей Валерьевич, Федоров Игорь
группа туземцев, и только.
Русские европейцы вообще не признают европейцами никого из русских, кто не связан с государством и кто европеизируется не так, как они.
Русские европейцы понимают, что Древняя Русь, особенно Новгород — это Европа… Но полагается делать вид, что не было Великого княжества Литовского и Русского, что европейство Древней Руси не получило продолжения.
Точно так же они делают вид, что Московия была сплошным царством дикости и мракобесия, что в ней не шло никакой европеизации и что казаки и старообрядцы — просто дикари, и ничего больше.
Ведь и русское образованное общество, и правительство не хотят считать европейцами людей из простонародья — а то ведь будет не за чей счет жить.
Государство не признает европейцами всех, кто не связан с ним! Старообрядцы — крестьяне и мещане, многие даже из крепостных крестьян — европейцы не меньше, чем Александр. Но это — неофициальные европейцы.
В числе неофициальных европейцев могут оказываться и крестьяне — в том числе даже крепостные. Но русские европейцы отказывают им в праве быть «ровней» точно так же, как отказывают старообрядцам или казакам. Вся аргументация очень проста и сводится к перечислению чисто внешних, формальных различий:
— Нельзя же считать европейцами людей, не имеющих образования!
…Как будто все население Европы получило образование не менее чем в гимназии!
— Не знают французского!
…А во Франции простонародье пишет диссертации по русской грамматике.
— Они не знают элементарных вещей!
… Как и батраки во Франции, сельскохозяйственные рабочие в Англии.
— Они же дикие!
…А что такое дикость? Где границы дикости и цивилизованности? В чем они?
При этом русский европеец может относиться к туземцам очень хорошо — например, как к носителям каких-то «нужных» барину качеств. Но замечая или просто выдумывая эти качества, барин ни за что не заметит того, что делает крестьян европейцами.
Лев Толстой очень хорошо описывает, как помещик Левин, несмотря на самые замечательные намерения, еле-еле сводит концы с концами. Для Левина было важно, чтобы «каждый работник сработал как можно больше, и притом… старался не сломать веялки, конных граблей, молотилки, чтоб он обдумывал то, что он делает; работнику же хотелось работать как можно приятнее, с отдыхом, и главное — беззаботно и забывшись, не размышляя» [111. С. 242].
В результате «он посылал скосить клевер на сено, выбрав плохие десятины… — ему скашивали подряд лучшие семянные десятины, и оправдываясь тем, что так сказал приказчик, и утешали его тем, что сено выйдет отличное; но он знал, что это происходило оттого, что эти десятины косить было легче. Он посылал сеноворошилку трясти сено — ее ломали на первых рядах, потому что скучно мужику было сидеть на козлах, под махающими над ним крыльями. Все это делалось только потому, что всем хотелось весело и беззаботно работать» [111. С. 242–243].
Лев Толстой извел немало чернил, доказывая: это национальная черта! Но словно в насмешку над собой тут же выводит семью мужиков, которые ведут рациональное хозяйство и делают то, чего Левин никак не может заставить [111. С. 244–247].
Из истории известно, что одновременно с мужиками, которые ломали косилки Левину, жили и мужики-предприниматели. И мужики — превосходные работники. Легендарный Левша, подковавший блоху, — старший современник этих убежденных бездельников.
Противоречие!
История сохранила множество примеров того, как туземцы — стоит им дать хоть какую-то возможность — проявляют совсем неплохие качества и легко сами становятся европейцами. Наверное, бывали и случаи, когда крестьянских ребятишек воспитывали вместе с дворянскими, но они не проявили никаких способностей и личных качеств. Бывало, конечно!
Совершенно отвратительно вела себя крепостная любовница Пушкина, Ольга Калинина: выклянчивала себе и своим родственникам вольную, канючила, прося об услугах, выпрашивала и враньем вымогала деньги, и так далее. Прямо скажем — рабыня, и поведение
