Этот сериал смотрят во всем мире уже пятый год. Он вобрал в себя все страхи нашего времени, загадки и тайны, в реальности так и не получившие научного объяснения. Если вы хотите узнать подробности головоломных дел, раскрытых и нераскрытых неугомонной парочкой спецагентов ФБР, если вы хотите заглянуть за кулисы преступления, если вы хотите взглянуть на случившееся глазами не только людей, но и существ паранормальных, читайте книжную версию «Секретных материалов» — культового сериала 90-х годов.
Авторы: Картер Крис, Бережной Сергей Валерьевич, Федоров Игорь
Но случайно ли, что и этот образ, и любой другой такой же из русской классики — образ сугубо отрицательный и комедийный? Сам Пушкин в деревне как-то больше писал стихов и пьес (и в Болдине, и в Михайловском); образ пожилого болвана, который тридцать лет кряду давит мух, мог вызывать у него только смех. В семье не без урода…
Дворяне были настолько обеспечены и обеспечены таким способом, что могли не заботиться о своем-пропитании, о заработках. То, что они называли бедностью, показалось бы сказочным богатством не только крестьянину, но и большинству купцов.
Кому много дано, с того и спросится. На то и дано, чтобы получал образование, служил, работал много и тяжело. Потерял здоровье? Ранили? А имение на что? Даже самое плохое и бедное имение уж никак не даст пропасть от голода.
Даже если погибнешь — о твоих детях позаботятся. Светлая память предка даже поможет — всякий примет участие в сироте, отец которого погиб при штурме Измаила или под Рымником, правительство даст образование за свой счет, примет на службу.
Дворянин делал карьеру, но стараясь не для себя — для отечества. Не то что сознательно скапливать богатства — просто заботиться о самом себе, о своем личном благополучии сверх минимально необходимого было даже как-то и неприлично… А вот о благе общества — очень даже почетно. Благородство и стремление к «общему благу» для них были совершенно естественны.
Личное устроение в жизни не могло быть достигнуто накоплением или созданием новых богатств… Но могло быть создано карьерой чиновника и особенно военного.
Это порождало специфический конфликт: мораль звала вперед, на штурм турецких крепостей, на службу матушке-Екатерине и не жалеть живота своего.
А здравый смысл и житейская опытность звали совсем в другом направлении: пристроиться подальше от пуль и поближе к начальству, жить потише и делать карьеру.
Конфликт был совершенно неразрешим без изменений всего строя жизни. Решали его литература и искусство… Так и решали все двести лет императорского периода, а потом и при советской власти.
Вот в пьесе Д. И. Фонвизина положительный герой Стародум узнает, что объявлена война, и обращается к товарищу: «Вот случай нам отличить себя. Пойдем тотчас в армию и сделаемся достойными звания дворянина, которое нам дала порода» [14. С. 27].
Чем отличается этот диалог (1782) от диалога героев романа или телевизионной постановки 1960-х годов? Где положительный герой рвется на периферию, а отрицательный — пристроиться на кафедру в большом городе?
Ю. Герман в своих романах провозглашает чисто интеллигентские ценности, причем очень позднего периода — 1930-1950-х годов. Что называется, «почти наше время». Более того, Ю. Герман человек очень советский, лютый враг всех «посторонних», — то есть любого, кто не захлебывается от восторга перед советской властью.
Но все его герои — жертвенные делатели своего дела, героические служаки, посвящающие всех себя «делу, которому они служат», «.. люди, которые не играли в винт, не устраивали «суаре» и не выколачивали ученые степени ради того, чтобы жирно есть, мягко спать и ходить веселыми ногами в часы величайших народных бедствий…» [39. С. 180].
Положительные герои Ю. Германа сами воинствующе бескорыстны и никому другому не позволят воспользоваться знаниями и талантами для более сытой и приятной жизни. Они крайне агрессивно относятся к любому уклонению от курса «сгорая сам, светить другим».
…И в этом они очень мало отличаются от презираемого и ненавидимого ими дворянства.
Интеллектуалы Европы были своеобразной, но частью бюргерства. Они несли в себе ценности предпринимательства, частной жизни, личной свободы, индивидуализма.
Мещанство в России не включало в себя интеллектуалов, и это оказалось трагичным для самого мещанства. Везде и во всех странах слабые стороны мещанства — дефицит воображения, крылатости мысли, избыточная фиксация на материальной стороне жизни. В России эти черты стали просто гротескными: ведь все умники, люди с подвижной психикой и хорошими мозгами быстро перекочевывали в интеллигенцию.
В среде интеллигентов словом «мещанин» просто ругались.
Интеллигенция родилась как младший, несколько неполноценный братик дворянства, и в ее поведении, психологии легко увидеть те же черты — порой доведенные до абсурда.
Тот же идеал бескорыстия, неумения и нежелания стяжать богатства. Интеллигенция небогата, особенно сельская. Но и в ее истории нередки люди, просто органически не способные не то что разбогатеть — просто позаботиться о самом необходимом. Мама и тетка Михаила Амосова, сельские
