Этот сериал смотрят во всем мире уже пятый год. Он вобрал в себя все страхи нашего времени, загадки и тайны, в реальности так и не получившие научного объяснения. Если вы хотите узнать подробности головоломных дел, раскрытых и нераскрытых неугомонной парочкой спецагентов ФБР, если вы хотите заглянуть за кулисы преступления, если вы хотите взглянуть на случившееся глазами не только людей, но и существ паранормальных, читайте книжную версию «Секретных материалов» — культового сериала 90-х годов.
Авторы: Картер Крис, Бережной Сергей Валерьевич, Федоров Игорь
все эти сундуки и скамейки добротны, надежны, прочны, но очень уж грубы и примитивны.
Чтобы жить в избе, нужно уметь пользоваться ухватом, спать на лавке, обметать сажу куриным крылышком, шить и прясть ночью, и даже не при свече, ведь свеча — это дворянская и городская роскошь. А при лучине.
Крестьянский быт — это совершенно иные объемы жилища, другие помещения, другие предметы. В 1997 году старенький академик в музее деревянного зодчества под Суздалем обронил:
— На полатях теплее… Помню, соберемся там, прижмемся друг к другу, ветошкой накроемся…
Старичок блаженно улыбался, вспоминая золотое, невозвратное детство. Он был русским европейцем, который провел первые годы жизни в туземной избе, жил жизнью туземного мальчишки.
Что характерно, на полатях он не имел никакого представления о ночной рубашке или пижаме, а укрывался не простынями и одеялом, а ветошью. Что не только беднее, но и куда менее опрятно.
Эта революция началась с того, что Луи Пастер открыл — болезни переносятся микробами! Он научился готовить вакцины и бороться с такой страшной болезнью, как бешенство. Но первой страной, где люди начали всерьез верить в микробов и в исходящую от них угрозу, стала Германия.
Немцы сделали практические выводы из исследований Пастера. Они первыми начали держать в чистоте себя, свою одежду, свой дом и по возможности весь город. Сначала немцы, потом и все европейцы начали мыть руки перед едой, готовить пищу чистыми руками.
Сделалось нормой принимать ванну, мыть ноги, подмываться, чистить зубы. В прусской армии одно время новобранцу выдавали вместе с мундиром и шнурованными ботинками еще и две пары трусов, зубную щетку, кисет с табаком и второй кисет — с зубным порошком.
Европейцы привыкали носить нижнее белье, и притом регулярно стирать его и менять.
В домах появилась канализация, а в окнах — форточка.
Стало нормой регулярно делать влажную уборку, проветривать, выметать мусор. Насекомые — все эти блохи, вши, тараканы, клопы — сделались признаком дурного воспитания и чем-то неприличным для сколько-нибудь культурного дома. Бедных паразитов начали изводить всеми мыслимыми способами, и даже мухи стали редкостью в Германии.
Детей стали регулярно мыть, стирать им пеленки, проветривать их комнаты и не давали им грызть собачьи кости и лакать из кошачьего блюдца.
В больницах стали применять методы антисептики, начали стерилизовать инструменты перед осмотром пациента, мыть с хлоркой посуду больного.
Сейчас даже трудно себе представить, что может быть вообще иначе и что не так можно жить… Но ведь еще в Версале XVIII века платья придворных дам снабжались блохоловками, нечистоты накапливались в ночных горшках и выливались прямо в сад, нижнего белья не носили, а менять ночные рубашки чаще, чем раз в полгода, считалось совершенно не обязательным.
Версаль выглядит очень привлекательным в сочинениях Голонов [64] и в других исторических романах, но как-то не любят современные авторы упоминать: не было в огромном Версале, во всем комплексе роскошных дворцов и парков, ни единой уборной. Не только ватерклозета — но даже деревянной сельской будочки. А «прекрасные дамы» по утрам пили шоколад, но притом вовсе не имели привычки умываться и чистить зубы, а ложась спать — мыть ноги… и другие части тела.
Великая Гигиеническая Революция совершенно изменила образ жизни людей; все представления о том, как человек должен выглядеть, в каком жилище обитать и что считать важным для себя. Мы — дети Великой Гигиенической Революции и ее последствий.
Самым важным последствием Великой Гигиенической Революции стало почти полное исчезновение детской смертности. Великая Гигиеническая Революция сначала уменьшила, а потом фактически отменила детскую смертность. И смертность женщин при родах.
В конце XIX века смерть рожениц в Германии упала с обычных 4 % до 0,3 %. Смертность детей с обычных 60–70 % до 7 %. Ко времени Первой мировой войны детская смертность во всей Европе составила 4–5 % родившихся.
Русские европейцы — часть Европы. Для них в середине XIX века свершилась и принесла свои плоды Великая Гигиеническая Революция. В красивых особняках XVIII века не сразу появились форточки, в XVIII и начале XIX века в этих домах было душно. Герой «Капитанской дочки» Петруша Гринев зубов не чистил, а мылся в основном раз в неделю, в бане — по субботам. А Маша Миронова представления не имела о таком полезном изобретении, как трусы и тем более как гигиенические пакеты и прокладки.
Но для их внуков все быстро изменилось! А для потомков Савельича и других крепостных Гриневых — нет.
