Девятиклассники бурно готовятся к самому значимому дню в их жизни — выпускному. Все хотят провести этот день на «ура», но никто даже не догадывается, чем обернется для них этот праздник.
Авторы: Татлер Мирослава
может дозвониться. Поселок такой, не ловит связь, что поделать. Ладно уж. Может, тогда его правда куда-нибудь отнесем подальше, а тут все приберем.
Все мигом замолчали, а Данилу так никто и не ответил. Тихонов посмотрел на время и убрал телефон в карман.
— Уже двадцать минут седьмого, давайте хотя бы откроем занавески. Зачем в потемках сидеть, ну? — предложил Илья и подошел к маленькому окну. — Ничего, что я открою да?
И не дожидаясь ответа ребят, он раздвинул шторы. Солнце ослепило парня. Тихонов, закрыв глаза ладонью, отвернулся от солнечного света. Через несколько секунд за окном стемнело, будто внезапно наступил вечер. Илья убрал ладонь, перед глазами все еще сверкал огромный солнечный шар. Он стал быстро моргать, и зрение пришло в норму. Тихонов сумел разглядеть ошарашенные лица подростков.
— Блин, вроде занавески ликвидировал, а света совсем чуть-чуть прибавилось. Что вы так испугались? Со мной все нормально уже, зрение вернулось.
— Да плевать нам на твое зрение! — дрожащим голосом прикрикнул Данил. — Лучше от окна отойди, пока не поздно!
После этих слов, сказанных Лялиным, сердце Ильи учащенно забилось, словно ожидая чего-то страшного. Позади послышалось чье-то тяжелое дыхание. Тихонов нервно сглотнул, запаниковал, по спине пробежал холодок. Он медленно повернулся к окну. Прямо перед ним было израненное, разлагающееся, кровавое лицо Самойловой. По бледной коже сползали маленькие черви, отчего Илья зажмурился на несколько секунд. Открыв глаза, он резко взглянул на существо, стоявшее перед ним. Полностью черные, без зрачков глаза смотрели сквозь Тихонова. Но этот взгляд был настолько ужасающим, что парень замер на месте, не в силах даже пошевелиться. Знакомый взгляд. Точно такой же, как и на чердаке, когда Оля первый раз открыла глаза. Лишь тонкое стекло отделяло лица Тихонова и зомби. «Привет», — нервно хихикая, сказал Илья Самойловой, и быстро отвернулся.
Он сжался от страха, когда Ольга зарычала и ударила со всей силы по оконной раме, отчего стекло треснуло. Кулак Оли снова врезался в стекло, и тут окно не выдержало. Мелкие осколки разлетелись по полу в зале. В комнату ворвался свежий воздух. Мертвец зарычал и попытался забраться в узкое окно.
— Тихонов! Что ты стоишь столбом?! Быстрее за кочергой и ножом! Бегом! — крикнул Лялин.
Сам Данил не стал медлить, вбежал в кухню и схватил нож. Илья сорвался с места и в панике начал искать свою любимую кочергу, с которой он не расставался всю ночь. И как назло он не мог ее нигде найти. Леша, который стоял в стороне и не отрываясь глядел на озверевшую одноклассницу, наконец отошел от шока и подключился к поиску, и вскоре кочерга нашлась. Ярик не мог ничего придумать и в качестве оружия взял метлу, приготовившись обороняться. Кристина сидела около Беспалова. Сердце ее бешено колотилось, она учащенно дышала и, почти не моргая, с ужасом наблюдала за происходящим.
— Вот это да-а-а! — восхищенно хлопал в ладоши Беспалов, сидя на диване и глядя на разъяренного монстра. — Я такое только в сериалах видел!
В этот момент раздался знакомый пронзительный визг. Василиса проснулась от шума и стояла в проходе, испуганно разглядывая существо, пролезающее в окно. Глаза девушки были заспанными, и она толком не понимала, что происходит.
— О, нет! Только ее тут не хватало! Кристина, уведи девку отсюда! — крикнул Лялин Романовой.
Кристина отпрыгнула в сторону от неожиданности и громкого крика Лялина и ударила локтем в челюсть Беспалову. Извинившись, она, шарахаясь от каждого рычания и грохота, побежала к перепуганной Васе.
— Ну е-мае! Сколько можно! — наигранно захныкал Кеша и начал растирать ушибленное место.
Тем временем Ольга кое-как пролезла в небольшое окно. Осколки, оставшиеся по краям рамы, разодрали ей живот и бока, но ее это не останавливало. Парни приготовились к обороне.
6:00. Лес.
Карина и Женя сидели на земле в чаще леса. Карина рыдала, закрыв лицо ладонями, а Женя гладил её по плечу. Он не знал, как успокоить бедную девушку и молча разглядывал ее. Абрамов кусал губы, в голове прокручивая слова, которые ему хотелось сказать, чтобы успокоить Карину, но он медлил, и после недолгого молчания все же спросил:
— Карин, может, пойдем к остальным?..
Девушка, замолчав, перевела взгляд на Женю, проигнорировала его и снова начала вытирать тыльной стороной ладони слезы, размазывая блестящие серебристые тени по щекам и всхлипывая с новой силой. Абрамову больно было смотреть на страдающую бедную девочку, и он не мог оказать должную поддержку. Прежде ему никогда не приходилось успокаивать кого-либо, да еще в такой ситуации. Скоро
