Выпускной

Данил узнал в ней Самойлову.
В этот же момент он обратил внимание на второго человека. Парень сидел рядом с Олей, держа связанную девушку за плечи. В одной руке у него был револьвер, а второй он поглаживал Самойлову по плечу. Девушка всхлипывала. Парень ехидно усмехался, разглядывая ее лицо.
— Гоша… — прошептал Лялин, рассматривая человека рядом с Олей.
Зимин устремил взгляд на Данила. Лицо его было в крови, а в голове зияла рана от выстрела. Темные подтеки засохли на виске и щеках. Гоша улыбнулся уголком губ и поднял руку с револьвером. Он быстро подставил его к виску Ольги. Та зажмурилась и попыталась крикнуть.
— Ну, ребят, сыграем? — Зимин с насмешкой посмотрел на Лялина.
Данил не мог и слова вымолвить. В горле пересохло, и он не знал, что делать. Остановить друга или позволить ему выстрелить? Но в то же время Лялин видел и того, и другого мертвыми. Он не хотел верить своим глазам. Гоша жив? Но откуда у него револьвер, если Данил сейчас держит его в своей руке?
Недоумевая, Лялин поднял руку с оружием, и, осмотрев его, направил на Гошу. Тот рассмеялся, сильнее сжимая шею Самойловой. Девушка заплакала, пытаясь сквозь скотч вымолвить хоть слово.
— Стреляй, — усмехался Гоша, и смех его был фальшивым. Это был не тот Георгий Зимин. Казалось, что это был совершенно другой человек.
— Даня, ты чего? — окликнул друга Кеша, увидев, как Данил направил револьвер в сторону стены.
Лялин обернулся.
— Он ведь ее застрелит!
— Кого? — Кеша не понимал, о чем речь.
Данил в доказательство рассеянно махнул рукой в сторону стены, около которой сидели Зимин и Самойлова. Теперь их не было.  Он опустил револьвер и потряс головой.
— Черт, опять глюки, — выругался он, повернувшись к Кеше. Тот стоял и недоуменно смотрел на Лялина. — Кешан, прикинь! Вот это глюк!.. Сидит Гошан, держит Самойлову за шею, та вся перевязанная умоляет о помощи. Гоша злорадствует… И подставляет к ее голове вот этот револьвер, — он помахал оружием перед лицом Беспалова, — и говорит: «Ну, ребят, сыграем?»
Лялин закончил рассказ. Тогда кто звонил ему с телефона Тихонова? И где сам телефон, ведь совсем недавно он был в руках Кеши?
Беспалов прошелся по чердаку и внимательно осмотрел пол, покрытый кровавыми пятнами. Он долго рассматривал обстановку. Данил тем временем вышел с чердака и стал спускаться по лестнице вниз. Спустившись, он оглянулся и, заметив, что Кеша не спустился следом, крикнул: «Давай реще!» После этих слов он зашел в дом.
Дверь чердака заставила Беспалова вздрогнуть, захлопнувшись за его спиной. Защелка повернулась вправо, как будто кто-то закрыл ее с другой стороны. Кеша немедля подбежал к двери и попытался повернуть защелку. Ничего не выходило. Парень со всей силы стал долбить по деревянной дверце.
В это время маленький чердак резко осветило молнией. Свет заморгал. Защелка не поддавалась. Позади Кеши послышался шепот, в котором невозможно было разобрать слова. Он чувствовал, как сзади что-то приближается к нему, но оборачиваться ему не хватало смелости. Но все же он переборол страх и резко обернулся, ожидая ужаса. Тишина. Иннокентий испугался еще сильнее.
Кеша продолжал долбить по двери. Неужели Данил его не слышит?
Молния снова осветила помещение, и где-то издалека послышался гром. Беспалов судорожно забегал по чердаку в поисках чего-нибудь тяжелого, чем можно было сломать дверь.
Внизу, за дверью чердака послышались шаги.
— Даня! — громко крикнул Кеша и замер.
Шаги затихли.
— Даня! — еще громче крикнул Беспалов и уставился на дверь. Шаги возобновились, и ручка двери задергалась.
— Кешан, ты чего закрылся-то?! — послышался голос Данила. Кеша облегченно вздохнул и подошёл к двери.
— Это не я, может, тут сработало автоматически, когда ты закрыл? Я не могу ее открыть.
— Как так-то? И ничего автоматического тут нет. Может, ты сам закрыл там что-то, руки-то у тебя из какого места растут?
— Даня, потом разберемся откуда растут мои руки, открой мне эту чертову дверь!
— Если ты не можешь ее открыть, то теперь только выламывать, — голос Лялина постепенно утихал, было слышно, что он спускается вниз.  — Я за топором.
Кеша отошел от двери и сел в угол. Он посмотрел на шкаф, стоящий напротив него, и прищурился. Дыхание перехватило.
Темно-красные капли струились по светло-коричневому покрытию и, падая на пол, мгновенно растворялись. Кеша пригнулся и провел пальцем по месту, куда только что упало алое пятнышко. Сухо. Он поднял голову и осмотрел шкаф. Задев одну из струй, он размазал ее по пальцу. Это была чья-то кровь. Кеша медленно