Выйти замуж за ловеласа

тоном спросил он.
В ответ она окинула его долгим изучающим взглядом. Похоже, он искренне переживает. У Адама вообще бездна достоинств — он не трус, не подлец и не азартный игрок. Так что ей, можно сказать, повезло. И к тому же, вынуждена была напомнить себе Джоселин, джентльмены явно не спешат выстроиться в очередь у ее дверей, чтобы предложить руку и сердце.
— Нет, Адам, конечно, не сержусь.
Перед тем как свернуть за угол, чтобы пройти мимо двух мраморных статуй Венеры и Вулкана, Джоселин не удержалась и украдкой бросила взгляд через плечо на мужчину, который смотрел им вслед.
Девон Боскасл.
Можно сказать, ей повезло. В конце концов, если она и имеет право на кого-то сердиться, так только на него. Двумя-тремя небрежно брошенными фразами ему удалось выставить Адама чуть ли не глупцом. Что было ужасно несправедливо по отношению к бедняге, мысленно добавила она.
Адам вдруг резко остановился, словно налетев на невидимую преграду.
— Ах, какая непростительная забывчивость с моей стороны! — обернувшись, воскликнул он. — Боскасл, миссис Кранли… не хотите ли присоединиться к нам? Мы как раз собирались прогуляться по саду. Джоселин сказала, что хочет немного подышать свежим воздухом.
— О, ради всего святого! — сердито прошипела сквозь зубы Джоселин. — Только не вздумайте упрашивать его! Разве вы не видите, что он только и дожидается предлога, чтобы увязаться за нами?
— Это обычная вежливость, дорогая, — шепотом успокоил ее Адам. — В конце концов, он не раз оказывал мне услуги, когда мы еще учились в школе. Заступался за меня и все такое.
«Вот это новость!» — мысленно ахнула Джоселин. Чтобы Девон помог кому-то, да еще бескорыстно?! Как-то не верится, что в его душе еще осталось что-то хорошее. Джоселин насупилась, глядя на приближающегося к ним Девона. На губах его играла легкая улыбка.
— Ничего страшного, Чизвик, не извиняйтесь. Сказать по правде, у нас с миссис Кранли на этот вечер уже были… эээ… кое-какие планы.
— Только послушайте его! — прошипела Джоселин. — Выходит, мы ему помешали.
— Простите, вы что-то сказали, мисс Лидбери? — елейным тоном осведомился Девон.
— У нее что-то застряло в горле, — кротко ответил Адам. — Наверное, одна из фиалковых пастилок, которые девушки вечно жуют, чтобы освежить дыхание.
Девон взмахнул рукой.
— Помните, Чизвик. Твердая рука! Покажите ей, кто на самом деле хозяин!
— Да-да, конечно. Непременно.
— И седлайте ее почаще.
Адам, побагровев, как свекла, испуганно покосился на Джоселин. Лицо у него стало виноватое. Заскрежетав зубами, Джоселин схватила его за руку и молча повела за собой.
— Вы по-прежнему хотите погулять со мной в саду? — наконец спросил Адам, стараясь не смотреть на нее.
— А вы как думаете, Адам? — Я…

Пару минут спустя прогулка по саду была забыта, и Джоселин с Адамом присоединились к друзьям в гостиной, чтобы выпить по бокалу шампанского и поиграть в шарады. Как-то так получилось, что оба они — и Джоселин, и Адам — почему-то выбирали в партнеры друг друга. А кончилось это тем, что они вдвоем разыграли пантомиму, изображавшую знаменитую сцену на балконе из «Ромео и Джульетты».
Джоселин, поднявшись по лестнице на галерею, что была прямо над гостиной, встала у перил, глядя, как Адам внизу жестами и мимикой объясняется ей в любви. Естественно, все моментально догадались, кто герой данной пантомимы, однако выглядело это довольно забавно и даже романтично, особенно учитывая, что они представляли собой красивую пару. Словом, все было замечательно до той минуты, пока Адам, потеряв равновесие, не свалился с табурета. Гости разразились дружным хохотом, а через минуту к ним присоединилась и Джоселин.
Она уже не сомневалась, что Адам станет ей идеальным мужем. Неуклюжий Ромео, уважающий ее чувства и желания, стоит сотни обаятельных мерзавцев с их коварными советами! Остается только надеяться, что дружеские чувства, которые она к нему питает, станут прочным основанием счастливой семейной жизни, к которой она стремилась всем сердцем.
А Лили Кранли пусть и дальше наслаждается своими любовными интрижками… только вряд ли они доведут ее до добра.
Сама же Джоселин мечтала только о спокойной жизни. О браке. О семье. О счастье и самоуважении. О том, что ей ничто не будет угрожать. Что не нужно будет терпеть бесконечные оскорбления и унизительные выходки отца. И там не оставалось места синеглазому дьяволу… хотя когда-то ей хотелось, чтобы все было совсем наоборот.

Глава 3

Девон привалился плечом к громадной мраморной статуе запряженного в колесницу льва, нависшей над идущей под потолком