Выйти замуж за ловеласа

пари и на этот счет — правда, большинство ставили на Лили, поскольку накануне Джоселин куда-то пропала. Во всяком случае, никто не видел, чтобы она смотрела, как джентльмены разминаются, готовясь к предстоящему турниру.
Впрочем, Джоселин ни за какие сокровища в мире не согласилась бы пропустить это зрелище; она дала клятву принять то, что посылает ей судьба, и была твердо намерена сдержать ее. И потом, успокаивала себя Джоселин, она ведь именно для того и приехала на этот прием, чтобы найти себе мужа, разве нет? Конечно, трудно встретить человека, менее отвечающего тому идеалу респектабельного супруга, который она нарисовала себе, чем Девон Боскасл, но разве это так уж важно? В конце концов, в любом, даже самом блестящем плане случаются неожиданные повороты.
Они с леди Уинифред чинно уселись на скамье и принялись глазеть на бродивших вокруг менестрелей, которые, как и положено в таких случаях, распевали любовные песни в честь прекрасных дам — в точности как средневековые трубадуры.
Все, кто пришел посмотреть на турнир, явились в карнавальных костюмах. Джоселин надела блио3, верхнюю тунику из шелестящего шелка аметистового цвета с низко спускающимся на бедра поясом в виде золотой цепи.
Пронзительно взвыли фанфары, возвещая о прибытии хозяина замка. Появившийся на лужайке лорд Ферншо занял кресло под балдахином.
Герольды огласили правила турнира, напомнив участникам, что биться можно только оружием с затупленным концом. И вообще состязание должно проходить в духе доброй воли и товарищеского соперничества. После этого почетный распорядитель турнира взмахнул платком, и раздался пронзительный возглас герольда: «Удачи вам, доблестные рыцари!»
Турнир начался.
Ни у кого не было ни малейших сомнений, что им предстоит захватывающее зрелище.
Главным призом, который должны были вручить победителю нынешнего турнира, был андалузский жеребец чистейших кровей.
Среди тех, кто выехал на поле, скорее всего не было ни одного, кто бы, не сгорал от желания увидеть это прекрасное животное в своей конюшне. Или уж на крайний случай хотя бы разок проехаться на нем по Роттен-роу, чувствуя на себе, восхищенные взгляды дам.
Совершенно неотразимый в своих рыцарских доспехах, Девон Боскасл почти сразу же стал героем дня, причем без особых усилий со своей стороны — всего лишь сделав круг по полю на своем резвом боевом коне, голову которого украшал пышный султан. Впрочем, он и впрямь выглядел великолепно: из-под короткой туники переливчатого голубого атласа, которую он накинул на плечи, виднелись богато украшенные серебряной чеканкой доспехи, а в прорезях стального шлема дьявольским блеском сверкали синие глаза, и взгляд этот не сулил ничего хорошего тому, кто решится скрестить с ним оружие. Он с таким мастерством управлял своим конем, что среди дам послышался восторженный шепот.
Джоселин, заметившая его в тот момент, когда он только появился на поле, поспешно отвела глаза в сторону. Если Девон поприветствует Лили, а не ее, с мрачной решимостью подумала она, ему несдобровать — она сама пошлет ему вызов. Что вряд ли кого-то удивит после того, как она набросилась на Лили с ракеткой. Она догадывалась, что Девон не был в восторге, застав ее беседующей с Адамом. Но тот в ее представлении был удобен как старые разношенные шлепанцы, что же касается Девона, то о каких-либо удобствах тут вообще речь не шла. В его присутствии она забывала дышать, чувствовала себя нескладной наивной простушкой.
— Джоселин, — окликнула ее Уинифред. — Только не говори мне, что ему вздумалось снова разыграть спектакль перед этой женщиной, чтобы привлечь к себе всеобщее внимание, — с досадой бросила она.
— И не собиралась. Потому что ему вздумалось разыграть спектакль перед тобой. И весьма впечатляющий, надо сказать, — фыркнула Уинифред.
— Оставь свои шуточки, Уинифред. Я сейчас не в том настроении.
— Джоселин! — Подруга ткнула ее локтем в бок, многозначительным взглядом указав на арену.
Джоселин нехотя повернула голову. Прямо перед ними, твердой рукой удерживая приплясывающего жеребца, замер Девон — весьма впечатляющее зрелище, нехотя призналась она себе.
— О, прекраснейшая из дам, умоляю вас, не откажите мне в просьбе — дайте какой-нибудь талисман из ваших рук, ленточку или бант, который принесет мне удачу в сражении! — игриво воскликнул он, протянув к ней руку в латной перчатке.
Джоселин вздрогнула, уговаривая себя, что она не должна придавать значение подобному пустяку.
— Что мне ему дать? — прошептала она, дергая за рукав Уинифред.
— Туфельку, — прыснула подруга.
— Еще чего!
— Ну, тогда подвязку.
— Ты с ума