Выйти замуж за ловеласа

нетерпеливо ждала, когда она доберется до ее груди. Но ждать пришлось так долго, что она даже слегка застонала от нетерпения.
С губ Девона слетел легкий смешок.
— Знаю, чего ты хочешь, — шепнул он прежде, чем прильнуть к ней и крепко поцеловать.
— И чего же?
Их дыхание смешалось.
— Не скажу. Потому что мне самому хочется этого даже еще больше, чем тебе.
Джоселин широко раскрыла глаза. И прочла на его лице такое откровенное желание, что по спине у нее поползли мурашки. Груди сразу налились и заметно отяжелели. Она инстинктивно приподняла бедра, и по губам Девона скользнула плотоядная усмешка.
Он протянул руку и, раздвинув ей бедра, отыскал узкий треугольник кудрявых волос. И все это не смущаясь, как будто ничего естественнее в тот момент и быть не могло. Впрочем, может, для него так оно и есть, подумала Джоселин.
— Влажная, — удовлетворенно пробормотал он. Потом поднес заблестевший палец к губам и блаженно зажмурился. — Восхитительно! Оказывается, мне даже не нужно ничего делать!
Джоселин стиснула зубы, чтобы подавить рвущийся из груди стон, не в силах сдержать дрожь, сотрясавшую ее тело. Судьба послала ей в мужья невероятно сексуального мужчину, к тому же весьма искушенного в искусстве любви; она бы нисколько не удивилась, узнав, что он инстинктивно догадывается, как сломить ее сопротивление. Предвкушая ожидавшее ее наслаждение, она закрыла глаза.
— Джоселин, — хрипло шепнул он. Она слегка охнула, ощутив на себе тяжесть его тела. — Как ты дрожишь! Боже! Ты возбуждаешься от одного моего прикосновения!
Джоселин с трудом приподняла голову.
— Надеюсь, в один прекрасный день я смогу сказать то же самое и о тебе!
— Возможно, этот день ближе, чем ты думаешь. Но до тех пор, дорогая, тебе придется смириться с тем, что ты будешь моей ученицей.
Словно в доказательство этого нахального заявления Девон протянул руку и костяшками пальцев дразнящим движением потер ее соски, и через минуту она уже задыхалась, изнывая от желания. Девон с улыбкой погладил мягкий изгиб ее живота, потом без малейшего стеснения раздвинул завитки волос, прикрывающие ее венерин холмик, и принялся слегка пощипывать тугой розовый бутон, пока окончательно потерявшая голову Джоселин не согласилась признать его своим господином и повелителем и не объявила о своей полной готовности пойти навстречу всем его желаниям.
Склонившись к ней, он нежно поцеловал ее в губы.
— Ну, как тебе понравился первый урок? — тихо спросил он.
Джоселин со стоном зарылась головой в подушки.
— Похоже, мне достался опытный учитель!
— Надеюсь. Хочу напомнить тебе, что прилежная ученица должна слушаться беспрекословно.
Девон продолжал безжалостно дразнить ее, чутко ловя любой признак, говоривший о том, что в ее защите появилась брешь, и немедленно делал все, чтобы этим воспользоваться. Джоселин изнемогала от наслаждения. Она не могла противиться его поцелуям, легким, как дуновение утреннего ветерка, не могла устоять перед движениями его сильных рук, блуждавших по ее телу. Даже не дожидаясь, пока он попросит об этом, она широко раздвинула бедра, моля Бога только о том, чтобы он не был шокирован тем, что она с такой пылкостью отвечает на его ласки — ведь она делала только то, что подсказывало ей ее тело. И вскоре гортанный стон, вырвавшийся из груди Девона, подсказал ей, что она поступает правильно.
Он был красив. Он горел желанием и был твердо намерен сделать все, чтобы она тоже потеряла голову.
О его обаянии ходили легенды. С момента своего первого выезда в свет она изо всех сил старалась не поддаться его чарам. Но сейчас… Так какое она имела право смотреть свысока на тех несчастных, кто не нашел в себе сил противиться обаянию? Судьба, словно решив наказать ее за гордыню, послала ей в мужья одного из них… и теперь уже она не вправе ожидать сочувствия. Впрочем… Джоселин сильно подозревала, что найдется немало женщин, которые станут жгуче завидовать ей.
Она стала женой одного из этих испорченных, необузданных братьев Боскасл, в жилах которых течет горячая кровь. Джоселин украдкой бросила взгляд на склоненное к ней лицо и невольно вздрогнула — такое откровенное вожделение прочла она в нем.
— Я хочу научиться всему, — запинаясь, пробормотала она.
На мгновение ей показалось, что Девон разочарован. Он так долго молчал, что Джоселин начала жалеть о своей искренности. Наверное, женщине не пристало столь откровенно говорить о своих желаниях… даже если мужчина и побуждает ее к откровенности.
А он вдруг резко приподнялся на локтях. Лицо его исказилось, и Джоселин не на шутку перепугалась, не понимая, что заставило его внезапно выйти из себя.