Выйти замуж за ловеласа

шкафов. На свадьбе и потом, во время приема, братьям удалось перекинуться всего несколькими словами. Но Девон нисколько не сомневался, что рано или поздно Дрейк потребует от него объяснений, как он дошел до жизни такой. Он слишком хорошо знал старшего брата, чтобы надеяться избежать допроса с пристрастием.
Увидев на пороге Девона, Дрейк отвесил ему шутливый поклон. По губам его скользнула циничная усмешка.
— А как же твои обещания, старина? Помнится, кто-то клялся, что скорее ляжет живым в могилу, чем позволит надеть на себя брачные узы? Или твоя Джоселин великодушно взяла на себя роль гробовщика? — В синих глазах его блеснул насмешливый огонек.
Девон пожал плечами.
— Просто мы с ней угодили в подстроенную кем-то ловушку.
— Вот как?
Девон опустился в одно из двух стоявших возле камина кресел.
— Случившееся не утаишь, Грейсон успел уже расписать в красках разразившийся по этому поводу скандал. Да и Эмма, насколько я знаю, не упустила шанса изложить свою версию событий. Теперь в Лондоне каждый об этом уже наслышан. Зато по-прежнему остается загадкой, кто же все-таки сотворил такую подлость?
— А сама леди? Ее ты исключаешь? — Дрейк всегда был изрядным скептиком.
— Поначалу я решил, что за всем этим стоит Гейбриел. Дрейк мрачно кивнул:
— Очень на него похоже. Между прочим, я еще не забыл, как он отвез мою жену в один сомнительный клуб под тем предлогом, что бедняжка, мол, была очень расстроена, и он хотел ее развлечь.
— Гейбриелу всегда нравилось нас изводить. По-моему, это кажется ему страшно забавным, — проворчал Девон. — Но для чего ему подкладывать мне такую свинью?
— Вероятно, чтобы доказать: тот, кого в семье считают изгоем, может взять над нами верх. Вспомни старую фамильную вражду между нашими семьями. — На какое-то время в библиотеке воцарилось молчание. Дрейк задумчиво разглядывал помрачневшее лицо младшего брата. — Ты по-прежнему сомневаешься?
— Если честно, да, — признался Девон. — Или Гейбриел превосходный актер, или… или меня водят за нос.
— Значит, нам придется выяснить, кому это было на руку. Но знаешь, я тоже не думаю, что за всем этим стоит наш кузен.
Девон покачал головой:
— Я сам этим займусь. И ради всего святого, не вмешивай сюда старшеньких.
Дрейк, пряча улыбку, отвел глаза в сторону. Так в их семье принято было именовать тех, кто появился на свет раньше, — Грейсона, Хита и Эмму (в хронологическом порядке).
До своей недавней женитьбы, когда в семье возникали проблемы, Дрейк всегда либо держался особняком, либо занимал нейтральную позицию. Хлоя, Девон, а также их младший брат Брендон, еще в детстве ставший инвалидом, представляли собой младшее поколение Боскаслов. Эта троица обычно держалась вместе — только так можно было выдержать давление со стороны старших братьев и сестер.
И при этом все шестеро, не задумываясь, смыкали ряды, когда была затронута их фамильная честь.
— А тебе не приходило в голову, что это отец Джоселин подстроил тебе ловушку? — осторожно поинтересовался Дрейк.
— Сомневаюсь, — нахмурился Девон. Сэр Гидеон, правда, никогда не скрывал, что считает именно его вполне подходящим женихом для своей единственной дочери. — Хотя, конечно, все возможно, — неохотно пробормотал он.
— Маловероятно, — буркнул Дрейк. — Подумай сам — если бы его хитроумный план провалился, репутация Джоселин погибла бы. Поговори с женой, — посоветовал он. — Возможно, ей известно гораздо больше, чем она тебе сказала.
— Джоселин не имеет к этому никакого отношения, — возразил Девон, тщательно выбирая слова. — Кстати, я тут подумал… Помнишь слухи, ходившие насчет жестокости сэра Гидеона? Как ты думаешь, это верно?
— Насчет его издевательств над солдатами? Откровенно говоря, у меня есть все основания считать, что так оно и есть. Погоди… Надеюсь, ты не имеешь в виду, что он имеет привычку поднимать руку и на своих домашних? — понизив голос, спросил брат. — Как я понимаю, ты подозреваешь, что он плохо обращался со своей дочерью?
Девон, с трудом проглотив вставший в горле комок, отвел глаза в сторону. Он боялся, что голос выдаст его.
— Ноги его не будет в моем доме. Никогда! — отрезал он. — Знаешь, с того дня, как мы поженились, Джоселин даже ни разу не упомянула об отце.
— Ну, тогда надо надеяться, что время залечит старые раны, — философски заметил Дрейк.
Девон глубоко вздохнул. Какое все-таки облегчение иметь возможность поделиться с кем-то своими подозрениями, особенно с братом, хотя, если честно, при одной мысли о том, что они могут оказаться правдой, его начинало мутить. В глазах любого представителя мужской части семейства