Возвращаясь в родовой замок после многолетнего изгнания, опальный рыцарь случайно спасает от поругания юную крестьянку. Не подозревая, что этим поступком навсегда изменил свою судьбу — ведь теперь спасаться придется уже ему самому…
Авторы: Гарин Александр
под крышей им не довелось ни разу. Дважды по совету Кали они объезжали селения по широкой дуге, сбивая конские ноги неезжеными полевыми тропами, и единожды деревня по вечернему времени им попросту не встретилась.
— А все ж таки видно, что быть войне, — Казимир неопределенно мотнул головой назад, но при том смотрел он вперед, на возвышавшиеся вдалеке серые башни замка. — Деревни, те, что у тракта — обобраны. Крестьяне толкуют об войске, что держало путь к замку, во главе с самим королем.
— Тока чет самого войска не видать, — Калин вид был мрачнее тучи. Последний день пути она и вовсе была хмура и молчалива, что никак не вязалось с ее всегдашней словоохотливостью. — Шатров перед замком нету. Кабы не дальше стронулси-та король.
— Войско могло и в замке разместиться, — неуверенно предположил Казимир, понимая, что толкует о невозможном. Руста был раза в четыре меньше его родной Выжиги, напоминая более не замок, а просто окруженный каменными стенами большой дом. Войско короля, даже без коней, будь оно хоть сколь-нибудь великим, целиком бы внутрь не вошло.
— А мне все ж сдается — ушел отседать Златоуст, — Каля простерла руку, указывая на вытоптанное множеством копыт широкое поле перед замком. — Гляди, комес. Были шатры. Тута и стояли. И коняшки здеся были, и совсем недавно. Чуешь, как кучьями смердит?
От замка и вправду несло дымами и свежим конским навозом. Отчего-то Казимир почувствовал беспокойство.
— Ну, добро, — нарочито бодро решил он, мимо воли вновь подгоняя своего жеребца. — Если король отбыл, просто переночуем в замке, а завтра уже точно нагоним его. Судя по всему, стронулось войско недавно, не позднее сегодняшнего утра.
— Слышь, комес. Послушалси б ты доброго совета и не ездил, — Каля закусила губу, исподлобья поглядывая на серые стены замка. — Не ровен час, беду себе выездишь.
Казимир промолчал, трогаясь вперед. За несколько дней успел привыкнуть к беспокойству полудриады, но относил его на счет ее разбойного промысла и страхов оказаться в руках стражи. Про себя он решил, что в землях Зергина возьмет Калю под свою защиту, хотя бы на то время, пока она будет его сопровождать.
В молчании они ехали до тех пор, пока большие ворота в поместье Руста не замаячили перед их глазами. У ворот на карауле стояли четверо стражей. Силуэты еще нескольких мелькали в узких бойницах стены.
— Приветствую, ваш светлость, — подступился к Казимиру один из воинов, по-видимому, старший. Другие смотрели насторожено, но не враждебно. Одинокий путник в сопровождении драной девицы явно ничем не мог угрожать вверенным их охране воротам замка. — С чем пожаловали в Русту?
Рыцарь поднял руку в ответном жесте.
— Приветствую, — он кивнул, опуская перчатку и берясь за поводья. — У меня дело к хозяину здешних мест, Зергину-Мечнику.
— Графа нет в замке, — стражник оглянулся на своих товарищей. — А вы, милсдарь, сами-то кто будете? Не гневайтесь — не признаю. Раньше-то вашу светлость здесь не видали.
— Мое имя — Казимир из Выжиги, — стараясь, чтобы голос звучал ровно и с должным достоинством, представился светлый комес. — Графу Зергину я ближний сосед…
Он не договорил, поперхнувшись последними словами, запнувшись взглядом о лицо стражника. Тот в единый миг растерял всю свою ленивую почтительность, и теперь гляделся так, ровно охотничий пес, долгое время в бесплодных поисках зверя рыскавший по зимнему лесу и, уже было отчаявшись, вдруг напавший на свежий след. Прочие, слышавшие разговор, очумело вскинулись, словно поверить не могли в великую удачу, что пришла к ним в руки, когда они уже не чаяли ее получить.
— Его м-милость граф Зергин отбыл с королем этим утром, — видимо, взяв себя в руки и сильно запинаясь, проговорил страж. Рука его подрагивала, пальцы шевелились, будто борясь со жгучим желанием выхватить меч. — В-ваша светлость сегодня их уже не догонит. Пр-рошу в замок. Переночуете в гостевых покоях, а наутро…
— Благодарю, — оглядывая беспокойных, явно не знающих, как им поступить, стражников, отказался Казимир. Опасность, острую, как навершье копья, он ощущал теперь всем своим существом. — Я, пожалуй, попытаюсь нагнать войско. Мне нужно непременно встретиться с его величеством…
— Вечереет ужо, ваш милость, светлый комес, — делая знак своим людям приблизиться, стражник попытался схватить под уздцы Казимирова жеребца. — Негоже вам по ночным дорогам ездить. Разбойники…
Непримиримый к чужим прикосновениям конь гигикнул, заставив стражника поневоле отдернуть протянутую руку. Это
