Он оказался в мире магии, не имея навыков бойца спецназа, без оружия, а равно без знаний местных реалий и языка. Магических способностей не было абсолютно. Были голова, руки и опыт инженера. Ему удалось выжить. Но главное, ему удалось создать команду: два мага, девушка-целительница, мастер, который научился работать с кристаллами, советник по военным вопросам и любимая домашняя зверушка. С такой командой у героя есть шанс вжиться в этот мир. И он этот шанс постарается использовать.
Авторы: Переяславцев Алексей
запалишь ее, твоего годового жалования не хватит расплатиться. Вот этот год и будешь дежурным по сортирам. (еще три слова без падежей) Надеюсь на твой хорошо подвешенный язык, Гусь. Бегом марш!
Есть!
(непривычно мягко) Лунь, ты уже сделал все, что мог, я сам видел. Впрочем… вот еще что можно. Не давай уснуть. Говори чтонибудь, клади руку на голову. Только не вздумай трясти, хуже будет. И о воде забудь пока что.
***
Мои орлы, конечно, не выглядели мокрыми курами, но и гвардейского блеску в них на медяк не было. Но все, что имеет начало, имеет и конец, и потому сборы были закончены, все нужное взято поехали!
Уехали мы не так уж далеко, когда впереди мои услышали конский топот. А через считанные секунды и я. Некто очень торопился.
Если кто из моих и выглядел до этого подвыпившим, то сейчас в отряде все были кристально трезвы. Щелкнули затворы.
Вылетевший изза поворота дороги всадник придержал коня и замахал руками, явно привлекая внимание. Я узнал его почти сразу: один из тех егерей, которые были с сержантом Гураном. Впрочем, и все остальные его узнали.
Среди вас есть маг? закричал он издали. Нужна помощь!
Статная гнедая кобыла так отплясывала под всадником хоть на праздник ее приглашай. Вот только наезднику было явно не до танцулек. Но его стремление поведать нам историю бед и несчастий я решительно прервал:
По пути расскажешь. Показывай дорогу!
Новостей было много. Егерь начал с начала, а началось все с того, что к капитану подъехал мальчонка («Я его знаю в лицо, он из Белых Столбов, только имени не знаю»), о чемто таком пошептался, после чего у капитана сделалось такое лицо, как будто ему бой предстоит, и он велел выпустить собак из клеток («По правде сказать, там всегото одна Хуга была, да она уже старая»), сам же чуть не бегом помчался в свою комнату, довольно скоро оттуда выскочил при оружии и при явно тяжелом бауле, велел седлать своего Ветра, вспрыгнул на него, помчал по дороге на Хатегат, а как раз егеря возвращались, и тут из кустов по нему из арбалета. Егеря сообразили, что дело скверное, немедля спустили Тунду с Зантом. Тунда первая почуяла чужого и уже рвалась, Зант за ней. Стрелок почти добежал до лошади…
Мы уже недалеко… за коней не беспокойтесь, я их выхожу, как надо, и оботру, будьте уверены… выплевывал егерь слова вместе с ветром.
Я уже все понял. Мага на заставе явно не было, и егеря позвали нас. А мага жизни у нас нет, есть лишь универсал, да и тот лиценциат. Скверное дело.
К моему удивлению, егерь понесся не к лежащему офицеру, а к паре товарищей, что кучковались возле кустов. Только тут до меня доперло, что за капитана я зря волновался, услуги Сарата ему не нужны. Вывод был простым: дело еще хуже, чем я подумал.
Мне хватило одного взгляда. Бедная Тунда. лучше бы она скулила или визжала. А она молчала и дышала, делая явное усилие при каждом вдохе.
Мы с Саратом обменялись быстрыми взглядами.
Вот пациент. Работай!
В глазах у мага плеснулся испуг.
Но я ни разу…
Исполнять приказание!!!
Моя замечательная память так и не смогла подсказать, говорил ли я когда именно таким голосом. Но звуковой удар подействовал.
Сарат стиснул зубы, движением руки отослал меня прочь (я побежал, чтобы не мешать), позвал к себе Малаха, взял у того нужные кристаллы. И начал работу. А я издали попросил сержанта Гурана подойти.
У него я узнал подробности. По мнению Гурана, капитан передавал информацию о потенциальной добыче Повелителям. Но два поражения подряд дали им основания полагать, что капитан осознано подставил боевые группы под удар. Не желая терпеть предательства, Повелители подослали арбалетчика. Гуран с уверенностью полагал, что стрелок не выглядел смертником. Более того, если бы не собаки, у него были все шансы уйти. Выстрел показался мне снайперским: с дистанции сто десять ярдов точно в сердце, и это по движущейся цели. Понимая, что перезарядиться уже не успеет, стрелок отшвырнул арбалет и помчался к ожидавшему коню. Тунда оказалась быстрее, но и засадник был опытен: всадил ей нож в бок. Собака все же сомкнула зубы на руке с ножом, а тут и Зант подоспел. Нехватку ума кобель вполне заменял силой. То, что осталось от стрелка, явно не стоило хоронить в открытом гробу. Теперь предстоял приезд дознавателей. Разумеется, капитанов баул сержант трогать не стал.
Картина складывалась настолько ясная, что доклад сержанта не добавил ничего нового. Сейчас меня больше волновала судьба собаки. Я тут был лицом до крайности заинтересованным.
Сарат выпрямился во весь рост. Я видел, что он вполголоса чтото излагает проводнику, который добросовестно кивал, сохраняя при этом обалделорадостное выражение
