Взвод лейтенанта Кольчугина

такой наглости от живущих в каньоне хищников, и не выставляли с той стороны минных ловушек.
   После полуночи сразу несколько кошек с грозным рыком ворвались в середину группы лежащих на земле пленных. Поднялся страшный шум, среди марабарцев началась паника, по импровизированному лагерю в панике заметались многие десятки людей. Часть из них бросилась в побег, напоролась на ограждение из колючей проволоки, и подорвалась на минах. Основная же масса аборигенов отхлынула в противоположную сторону лагеря, с ужасом глядя на то, как полтора десятка свирепых хищников пожирают ещё трепыхающиеся тела их товарищей. Саблезубые же, вероятно, не были знакомы с автоматическим огнестрельным оружием, поэтому вели себя очень нагло. И получили по-полной.
   Преодолев первое замешательство, бойцы лейтенанта Парфёнова сосредоточили на прайде хищниках огонь трёх пулемётов и двух десятков автоматов. За пять секунд с жизнью расстались тринадцать реликтовых кошек, и лишь двум раненым удалось удрать. От зубов и когтей саблезубых погибли девять пленных солдат, а ещё столько же получили ранения. К сожалению, в ущелье обитало несколько прайдов, и вскоре очередному нападению подвергся лагерь на другой стороне каньона. Схватившись с десантниками четвёртой роты, второй прайд потерял одиннадцать своих членов, прекратив дальнейшую охоту на людей.
   Ближе к утру несколько пленников стали жертвами летающих ящеров. Точнее — летающее-прыгающих ящеров. Эти твари — назовём их для удобства гарпиями — совершали прыжки с верхушек деревьев, и, расправив перепончатые крылья, планировали на избранную ими цель. Гарпии убивали свои жертвы ударом тяжёлого клюва в голову, а затем пытались утащить добычу в глубину каньона. Действовали хищники бесшумно, словно лесные призраки. Этими тварями занялись снайперы боевой группы «ак-тер», и вскоре рядовой Кего Тапс подстрелил первую гарпию. До конца ночи снайпер утроил счёт, за что утром получил устную благодарность от командира роты.
   Кроме реликтовых хищников из глубины ущелья, с наступление ночи появились и местные шакалы и гиены. Эти кружили вокруг позиций разведчиков, рычали, тявкали, завывали, дрались между собой, разрывали свежие могилы. Пара десятков тварей подорвались на минах, или стали жертвами меткой стрельбы со стороны дозорных. В этом противостоянии мобпехи с успехом использовали тепловизоры и тактические радары.
   С наступлением утра у десантников возникли проблемы иного плана. Часов в восемь на сетомейской стороне появилась длинная колонна связанных верёвками чернокожих, угоняемых в рабство. Судя по всему, конвой даже не подозревал, что ситуация у мостов резко изменилась, и отнюдь не в пользу захватчиков. Охранники наложили в штаны сразу же после внезапного появления из придорожной зелёнки страшных воинов-призраков, стрелявших из автоматического оружия. Большинство конвоиров было моментально уничтожено, а в возникшей суматохе никто из сетомейцев серьёзно не пострадал. Спустя пару часов кружащий высоко в небе дежурный беспилотник обнаружил ещё одну колонну потенциальных рабов. На этот раз мобпехи подняли в воздух тройку «колибри», и в мгновение ока освободили больше двух сотен женщин и детей. Охрана колонны приняла конвертопланы разведчиков за машины циклопов, в панике разбежавшись по округе. За второй колонной последовала третья, и после полудня у капитана Кольцова возникла серьёзная проблема: куда девать, и чем кормить более пяти сотен освобождённых подданных Сетомеи.
   На противоположной стороне каньона начало нового дня принесло стычку с полусотней наездников на динозаврах. Кавалеристы появились, как это им казалось, внезапно, из-за поворота лесной дороги, и тотчас угодили в засаду. Благодаря парящему высоко в небе «призраку» взвод лейтенанта Кольчугина получил шанс организовать врагу весьма «тёплую» встречу, и с блеском осуществил задуманное. Из огневого мешка не ушёл никто, и лишь шестерым раненым всадникам посчастливилось угодить в плен. От них разведчики узнали, что ночью в ближайший город примчались несколько перепуганных воинов, и стали рассказывать страшные вещи про происходящее на переправах у каньона. Допросив беглецов с пристрастием, с помощью магии боевого шамана, местный военачальник приказал готовить город к обороне. Первым делом он отослал почтового ящера со срочным донесением в столицу Марабарии, город Катвурит, а затем организовал разведку в направлении каньона. Благо, имел под рукой несколько пехотных и кавалерийских частей, не считая гарнизона города. Угодивший в засаду отряд был один из четырёх, отправленных вперёди авангарда основных сил.
   Посовещавшись друг с другом, командиры боевой группы