Взвод лейтенанта Кольчугина

медвежью услугу, нарушив природный баланс и гармонию реликтового леса. Я понимаю наших генералов — они хотели, как лучше, и побыстрее. Вряд ли противник настолько глуп, чтобы угодить под слепую бомбёжку. А вот животные теперь напуганы и встревожены. Впрочем, вы сегодня и сами всё видели, — слова командира роты нисколько не добавили офицерам оптимизма.
   — Надеюсь, что эта ночь пройдёт мирно и спокойно, — убирая планшет в чехол, подытожил Славнов. — А завтра…
   Речь капитана заглушил сильный взрыв, за ним другой, третий. Застрочил пулемёт, поливая шевелящуюся у дерева тень. Ухнул чей-то подствольник. Рёв раненой твари захлебнулся кровью, послышались глухие удары, какие-то шаркающие звуки. Всё стихло. Замерший на минуту лес вернулся к своей прежней жизни.
   — Накаркал, — тяжело вздохнул ротный. — Ну, есть добровольцы глянуть, кто там попался в ловушку?
   Добровольцы нашлись, и вскоре все десантники знали, что на минах подорвался молодой змейгорыныч. Причудливый симбиоз динозавра и млекопитающего. Первый из взрывов оторвал ящеру стопу ноги, и зверь рухнул ещё на пару мин. Пулемётчик изрешетил агонизирующую тушу, высадив в неё полкороба патронов. Не промахнулся и напарник дозорного: граната вспорола зверю живот, вывалив наружу его содержимое. Оказалось, что приборы засекли приближение хищной твари, но животное до последнего момента грамотно пряталось за гигантскими стволами. И напоролось на минную ловушку.
   — По большому счёту, нам повезло, — признался позднее сержант Слэйтер. — Если бы динозавр подкрался на дистанцию прыжка, то пулемёт бы его не остановил. Наше спасение в минах и взрывчатке.
   Ночь прошла под звуки хруста и чавканья, но новых подрывов так и не последовало. У туши змейгорыныча, лежавшей метрах в сорока от позиций разведчиков, кто-то пищал, тявкал и копошился. Наутро выяснилось, что место гибели хищника кишмя кишит мелкими двуногими динозавриками. Десятки «куриц» рвали и терзали добычу, ссорились, верещали, отнимали друг у друга куски мяса. На это пиршество с ближайших деревьев наблюдали несколько крупных — длиной до полутора метров — ящериц, но, ни одна из них не рисковала вмешиваться в процесс дележа и поглощения туши двуногого крокодила.
   — Шакалоподобные куры, — посмотрев на пиршество, сплюнул лейтенант Кольчугин. — Так, бойцы. Повышенное внимание, иначе нас схарчат, как этого динозавра. Всё, пошли.
   Третий день погони начался со стрельбы. Спустя полтора часа путь роты преградило стадо червеедов, которые растерянно топтались у каменного склона, принюхиваясь к стелящемуся среди гигантских стволов сизому дыму. Вероятно, жившие во влажном лесу животные никогда раньше не встречались с рукотворным пожаром, поэтому и не знали, куда направить свои лапы. Обходить стадо, петляя между колоссами, было неудобно, поэтому капитан Славнов отдал приказ расчистить путь свинцом. Взвод лейтенанта Вавилова подкрался поближе, и мобпехи дали дружный залп. Спустя пять минут за спиной у разведчиков осталось девять трупов червеедов — пир на пару дней для тутошних шакалят. Десантники пошагали дальше, постепенно пересекая полосы дымовой завесы.
   Как и предполагал ротный, бомбардировка разрушила мерное течение здешней жизни, согнав с привычных мест обитания десятки видов зверей. До полудня мобпехи ещё дважды открывали огонь по поедателям червей, а затем пеленгаторы зафиксировали присутствие поблизости пары крупных живых существ. Вероятно, это были сородичи двуногих крокодилов, которые некоторое время следовали за бойцами. К счастью, хищники пересеклись с небольшим стадом червеедов, и отстали на обед, предварительно оповестив округу о приёме пищи низкочастотным победным рёвом.
   Далеко за полдень разведчики расположились для отдыха, не подозревая, что с выбранного ими места придётся бежать сломя голову. Пока мобпехи перекусывали, капитан Славнов вышел на связь с командованием и с командиром четвёртой роты. Однако закончить сеанс связи ротный не успел. В привычные уже фоновые звуки леса вплёлся лёгкий скрип, странный шелест, словно шум далёкого прибоя. Передовой дозор тотчас вскинул оружие.
   — Что за чёрт? Разве тактический радар способен зафиксировать перемещение дерева? — глядя на экран, удивлённо произнёс капрал Крадо.
   — Там, впереди, есть поваленное дерево. Но оно неподвижно, — поднимаясь с камня, заметил Рол Торсон. — Домир, дай-ка мне взглянуть, что на радаре.
   Капрал передал прибор сержанту, а сам кивнул бойцам своей секции. Пятёрка десантников отошла метров на двадцать, и исчезла в дыму за ближайшим исполинским стволом. Какое-то время Торсон понаблюдал за движением странного «дерева», затем нахмурился,