Много сотен лет назад неведомая сила перенесла советских солдат из страшного 1941-го года в новый мир. Встретив в неизведанном мире экипаж испанского крейсера, горстку американцев, и многочисленные народности аборигенов, наши бойцы стали одними из четырёх столпов новой цивилизации – планеты Новая Земля.
Авторы: Максимов Рустам Иванович
одноглазых великанов, появившихся, как всегда, внезапно. Почти двухлетняя война потребовала тогда полного напряжения сил всех континентов Республики и тотальной мобилизации населения. Ничего, отбились. Всё-таки, предки были славными ребятами, коли смогли остановить лавину синекожих убийц и посшибать наземь десятки летательных аппаратов противника. В том числе и несколько здоровенных дискообразных ударных машин, обломки которых на много лет вперёд дали пищу для размышлений гениям военной промышленности и науки. С тех пор поколение за поколением новоземлян жили ради одной единственной общей цели — поразить врага в его собственном логове. Благо, стало известно, откуда вторгаются одноглазые и их синекожие наёмники.
Штурмботы пронеслись над поверхностью луны, чем-то похожей на каменистые пустыни материков Хиспания и Америка, и подошли к бортам крейсеров Второй бригады. Согласно стандартному расписанию, разведбатальон распределялся поротно на четыре ударных корабля этой бригады. Штабная секция путешествовала с одной из рот, обычно с «игнус», или «аэро» (1). Хорошо бы и на этот раз традиция осталась неизменной — после проделки Луиса Кольчугин не горел желанием попадаться на глаза Королёву, а уж тем более самому комбату. Ротному — можно. Ротный, капитан Юрий Славнов, лет пять назад сам был простым лейтенантом, он всё поймёт, и не станет выносить сор из избы.
— Лейтенант Кольчугин, а Вы забавный и милый молодой человек, — после посадки на внутреннюю палубу крейсера «Калифорния» (2) капитан Агирре не удержалась, и откомментировала лётное происшествие.
— Лаура, он ещё и весьма скромный, — улыбнулась капитан Даро Мрике, подмигивая офицеру. — Лейтенант, чем Вы займётесь в свободные часы во время перехода?
— Ээ, изучением исторических документов по проблеме одноглазых соседей, госпожа капитан, — немного краснея, отчеканил Владислав.
— Да ладно, обойдёмся без субординации. Штабная секция пойдёт на борту «Украины», и о Вас с приятелем все уже давно позабыли, — Агирре наградила лейтенанта откровенным взглядом, в котором проскальзывала какая-то затаённая грусть. — В общем, Вы знаете, как выйти на связь с пилотами штурмботов.
— И подскажите своему другу наш канал связи, — завлекательным мурлыкающим голосом произнесла Мрике.
— Я… Я постараюсь, сеньорита. Обязательно сообщу другу, непременно, — Кольчугин буквально вылетел из десантного люка, проклиная себя, что решил выходить последним, и, одновременно радуясь, что никто из его подчинённых не услышал этот разговор.
Ну, Луис, ну, и прохиндей! С другой стороны, на подобные внеуставные отношения командование смотрит сквозь пальцы. Нельзя сказать, что поощряет, но и не наказывает. Политика правительства всегда была направлена на увеличение численности населения. Любая забеременевшая женщина становилась достоянием государства, независимо от того, состояла ли она в браке, или нет. Любая будущая мама получала все возможные льготы и привелегии, конечной целью которых было обеспечение появления на свет нового жителя Новой Земли. Республике нужны граждане, без людей государство — особенно живущее как на пороховой бочке — обречено на поражение, на быструю гибель. Цивилизация новоземлян уже несколько раз стояла на краю пропасти, отстояв своё право на жизнь ценой гибели миллионов. К тому же, кто знает, вдруг в результате мимолётных отношений родится очередной гений, вроде физика-академика Хуареса, или аэроконструктора Гэрина, создателя первых межпланетных кораблей? Нет, только не в этот раз. А Риккардо надо передать приглашение от обеих женщин-пилотов. Пусть теперь отдувается за двоих, умник этакий.
«А будет ли у тебя другой раз, Влад? Ты хотя бы самого себя не обманывай. Ты помнишь, КУДА идёшь, а?» — внезапно проснулся всегда ехидный внутренний голос. — «Женщины ведь не дуры, и тоже прекрасно понимают, что для многих парней эта экспедиция станет последней. Так что, подумай, брат, хорошо подумай».
— Чего тут думать, трясти надо, — пробормотал лейтенант, вспомнив старый анекдот, весьма популярный среди уроженцев родного материка.
— Влад! Влад, ты что-то сказал? — за спинами технического персонала появился Луис Риккардо, собственной персоной. Жгучий сероглазый брюнет, метр девяносто пять ростом, очень гордящийся своим правильным римским профилем, литыми мускулами и многочисленными победами на любовном фронте. Вот он сделал пару шагов, и зашептал на ухо приятелю. — Представляешь, я уже склеил нам новых девчонок, пилотов, которые вели штурмбот. Личика — ах, фигурки — ах… Влад, ты чего скривился-то?
— Луис, у тебя была ночь одновременно с четырьмя? — напрямую спросил Кольчугин.
