Временная аномалия перебрасывает взвод танков Т-34 с десантом из победного 1945 года на 40 лет назад, в самое пекло Русско-японской войны, в разгар Мукденского сражения. Из трех «тридцатьчетверок» две не на ходу, их едва удается эвакуировать из-под носа у японцев, третья осталась без снарядов и солярки, а боеприпасы, запчасти и ГСМ отсутствуют в принципе.
Авторы: Полищук Вадим Васильевич Полищук Вадим
будки он разглядел постройки разъезда, вагоны возле них и эти броневые машины, которые перебежчик называл странным словом «танк». Дав команду машинисту остановиться, на всякий случай перекрестился и спрыгнул с паровоза.
Встретились приблизительно посередине. На этот раз Сергей и сам отметил прежде незамеченные отличия в форме: шашка, револьвер на ремешке, погоны с одним просветом без звездочек, петлицы, фуражка с черно-желтой кокардой. А лицо нормальное, без тени надменности и высокомерного присутствия десятка колен благородных предков, какими обычно показывали белогвардейских офицеров в советских фильмах.
Со своей стороны Кондратьев тоже пристально рассмотрел офицера, которому сорок лет спустя пришлось возвращать то, что они так бездарно отдали японцам за прошедший год. Обычный парень, ничуть не похожий на былинного богатыря. Спокоен, уверен в себе. Это потому, что за ним стоят столь грозные машины или просто психология победителя? А может, напускное?
Первым прервал затянувшуюся паузу Сергей.
— Теперь, я полагаю, вы уже знаете, кто мы и откуда?
— Да.
— Дошел таки Васюков.
— Дошел. И я прислан командиром корпуса генерал-лейтенантом Зарубаевым для эвакуации ваших машин. Надеюсь, этого решения вы не оспариваете?
— Нет, танки надо эвакуировать любой ценой. Кого вы привезли?
— Саперную роту.
— Саперы — это хорошо. А платформ не было?
— Нет, только вагоны.
— Придется их разобрать и переделать в платформы, а также соорудить боковой пандус для погрузки. Одна машина вышла из строя окончательно, вторую механики обещали отремонтировать часа через два. Горючего хватит на погрузку и еще чуть останется.
— Эти детали вы обсудите с командиром саперов поручиком Петровым. Задачу ему я поставлю. И вот, что лейтенант, прикажите вашим подчиненным не болтать, откуда они, особенно при нижних чинах.
При последних словах капитана Сергей едва сдержался, чтобы не выдать своих чувств.
— Хорошо.
Вскинув руку к шлему, Иванов повернулся и пошел обратно к вагонам, капитан с ответным отданием чести чуть задержался.
— Ну что? — встретили командира танкисты и десантники.
— Работаем по прежнему плану: вагоны разбираем, делаем пандус. Да, про то, кто мы и откуда — молчок. Не хочет местное начальство солдат баламутить.
— А мы им будем подчиняться?
Это кто там такой горластый? Ну, конечно, стрелок-радист Малышев. Рановато у него голосок прорезался.
— Да, будем. Все ресурсы сейчас у них, они и музыку заказывают. Или кто-то к японцам захотел?
Желающих поближе познакомиться с японской военщиной не нашлось.
— Тогда продолжаем работу.
Между тем, эшелон подполз еще ближе, из вагонов хлынули солдаты в серых шинелях. Если бы не папахи и отсутствие пулеметов… Гора обмундирования, вываленного на насыпь быстро уменьшилась. Нет, живучи солдатские традиции. Она бы и полностью исчезла, но для одной роты была слишком велика. Утрата вещевого имущества не огорчила прибывшего с ротой интенданта. И на штабель ящиков со снарядами он внимания не обратил. Штабс-капитан нацелился на третий вагон, до которого танкисты еще не добрались. Убедившись, что вагон цел, интендант успокоился.
— Что в вагоне? — поинтересовался Сергей у сержанта-десантника.
— Ничего интересного, тряпки какие-то в тюках.
С прибытием целой роты дело с разгрузкой пошло существенно быстрее. Часть саперов начала разбирать крыши построек. Сергей направился к капитану Кондратьеву и стоящему рядом с ним саперному офицеру с тремя звездочками на погонах.
— Поручик Петров, — представился сапер.
— Лейтенант Иванов, — в свою очередь назвался Сергей. — Зачем вы крыши разбираете?
— На помост пустим, другого строевого леса в округе нет.
— Этого не хватит, надо пандус делать из шпал и укрепить рельсами.
— Сколько же ваши машины весят? — удивился Петров.
— Тридцать две тонны, — ответил Сергей и, спохватившись, перевел в более массу танков в более привычные меры, — две тысячи пудов.
— Сколько?! — ахнул поручик. — Я думал не более тысячи. Постойте, тогда и рессоры у вагонов не выдержат!
Сергей привык к четырехосным сорокатонным платформам. Местные двухосные вагоны на такие грузы не были рассчитаны. И что делать? Решение предложил второй саперный офицер — прапорщик Шербаков, призванный из запаса. Сергей уже заметил, что Петров только общие команды
