Взвод средних танков

несущий какую-то чушь, вроде, отдалился.
       Но беспокоить барышень, Сергей не решился, налил себе почти полную кружку китайского пойла и в три глотка осушил ее, поставил на стол и поймал на себе удивленный, даже чуть осуждающий взгляд Варвары Николаевны. А ему жаль, только было, что в кружке не водка. Сделал вид, что слушает Мирошкина и с трудом досидел до конца рассказа. Спас лейтенанта Щербаков, прапорщик первым поднялся из-за стола.
       — Прошу меня простить, но мне завтра ранним утром в Гунчжулин.
       Воспользовавшись моментом, следом встал Сергей.
       — Я тоже, пожалуй, пойду.
       — Куда вы так рано? Посидите с нами еще, — возмутились обе барышни.
       Сергей остался непреклонен. Из фанзы вышли одновременно с прапорщиком и направились к пакгаузу.
       — Почему сбежали, Сергей Николаевич?
       — Душно как-то, да и на съемку завтра.
       — Капитан тоже завтра на съемку едет, однако он выспаться успеет.
       В темноте лейтенант не мог увидеть усмешки на лице прапорщика, но интонацию понял. Возле пакгауза их окликнул часовой. Станция со всех сторон окружена биваками русских войск и бандиты сюда уже давно не совались, но служба — есть служба. Здесь они и разошлись.
       — Чего так рано, лейтенант?
       — Да-а, — отмахнулся Сергей, — скучно там.
       — А младшому, стало быть весело? — ехидно поинтересовался наводчик Рябов.
       — Вернется — спросишь.
       — Что-то ты рано от девок сбегать начал, — влез Ерофеев.
       — Иваныч, отстань!
       Поняв, что командир не в духе, отстали. Мирошкин вернулся приблизительно через час после Сергея. Последними, церемонно расцеловав барышням ручки и не посрамив репутации выпускников академии генштаба, фанзу покинули капитаны Леруа и Кондратьев. По дороге, воспользовавшись уединением, обсудили текущие дела.
       — Как прошел разговор с этим лейтенантом?
       — Можно сказать хорошо. Мое предложение он воспринял без истерики.
       — Наше предложение, — поправил сослуживца Леруа.
       — Наше, — согласился Кондратьев. — Кстати, зря ты к нему так относишься, Иванов не так прост, как может показаться. Похоже, твою сегодняшнюю игру он раскусил.
       — Нашу, ты в этом тоже участвуешь. А этому губошлепу Лизочка, видимо, вскружила голову.
       — Похоже. А ведь когда Иванов передал наше, — Кондратьев сделал акцент на этом слове, — предложение взводу, Мирошкин орал громче всех.
       — У всех есть слабые места. А как отреагировали остальные?
       — Нормально. Конечно, пошумели немного, но большинство, думаю, согласятся, хотя человека три-четыре могут отказаться.
       — Три-четыре — не страшно.
       — Иванов предложил назвать роту не танковой, а тракторной или автомобильной. Пока танков не будет…
       — Я думаю, их вообще не будет, — перебил увлекшегося Кондратьева более прагматичный Леруа. — Вряд ли в ближайшее время мы сможем сделать что-нибудь подобное.
       — Подобное — нет, — согласился Кондратьев, — но сможем сделать танк на базе нашей техники. К тому же, прогресс не стоит на месте.
       — Анатолий, возможности нашей промышленности ты знаешь не хуже меня.
       — Но ты обещал поддержать мое предложение.
       — Раз обещал, поддержу. И барон поддержит. Тракторная тяга для артиллерии и автомобильный транспорт русской армии нужны не меньше, чем танки, для которых на сегодняшний день разве что только броня проблемой не будет, а ничего остального и в помине нет. И не надувайся, Анатолий, даже твой лейтенант это тоже понимает.
       — Поживем — увидим.
       Леруа предпочел уйти от этой темы, и перевел разговор на менее скользкую.
       — Завтра едешь на съемку?
       — Да. Иванов остается в твоем распоряжении, только он этого пока не знает.
       — Ничего, заодно сюрприз ему будет. Ну, вот мы и пришли.
       Возле пакгауза маячила одинокая тень часового с поблескивавшей в лунном свете иглой штыка над плечом.

       — Боевой машиной командует её командир.
       Диктовать приходилось медленно, в паре «Ундервуд» — пишбарышня, сдерживающим скорость печати фактором была именно госпожа Ладыжинская. Вот опять вскинула свои серые глазища.
       — Не так быстро Сергей, я за вами не успеваю.
       — Хорошо, Варвара Николаевна, я постараюсь помедленнее. Командир подразделения боевых машин одновременно является командиром своей боевой машины…
       Леруа, сволочь, с утра всю душу вымотал, лучше бы с Кондратьевым на съемку поехал. Лучше весь день в седле трястись,