Я Гордый

и туманное будущее.
— Как прикажешь, Сергей, — поклонился он и отправился на выход.
Так, с этим разобрались. Парень вроде ниче. Посмотрим, как покажет себя, и проверим, можно ли к нему в душевой спиной поворачиваться, наклонившись за упавшим мылом.
И чем мне теперь заняться? Повторяется прошлая картина — принц скучает и от скуки начинает чудить.
— Ваше Высочество, — нарисовался камергер или как там их называют. — К вам посетитель, принцесса империи Хань Линь сунь Джоу.
— Прекрасно, — улыбнулся я. — Зови и прикажи подать чаю и легких закусок…
— Ваше Высочество, — склонила голову она, входя в комнату.
— Да ладно тебе, Линь. Мы же друзья, так к чему это церемониал? Как сама вообще? Настроение и все такое? Как дела, не буду спрашивать — мне эта пиндосская традиция бесит. Ведь на самом деле им глубоко пофиг, а интересуются лишь из показной вежливости.
— Ты мне не ответил ни на одно сообщение! — обвиняюще ткнула она в меня пальчиком.
— Упс, а что они были? Я что-то забыл в руграмм посмотреть. Скажу честно, за меня там Катя общается, так что я там не частый гость.
— Да? Хорошо тогда, что я их удалила, — тут же отреагировала она так, что я пожалел, что их не видел. Вдруг там фотки 18+ были?!! Ой, дура-а-а-ак… — И вот еще что. Я решила пересмотреть наши с тобой договоренности.
— В одностороннем порядке их менять нельзя, — тут же среагировал я. — Но я понимаю, ты не хочешь со мной дружить, потому что тот, кому ты обещала быть той единственной, ревнует и запрещает тебе со мной общаться. Ты разбила мне сердце, но я стойко приму поражение от неизвестного мне красавчика. Прощай.
— Да стой ты!!! Нет никого возлюбленного и тем более, мне никто не может ничего запретить. Я по поводу нашей дружбы. В общем, если не вдаваться в подробности, я готова стать твоей женой. Первой, — почему-то добавила она.
— Это с чего такая милость? — прифигел я, уже догадываясь, в чем дело.
— А с того, — резко приблизилась она и обдала мое лицо своим горячим дыханием, — что мужчин вокруг полно, а ты такой единственный. И наши дети, — она приблизилась еще сильней, так, что наши губы едва не касались, — будут сильнейшими. И начнем мы их делать, пожалуй, прямо сейчас.
— Мама, — только и успел прошептать я, понимая, что меня сейчас трахнут. Не то, чтобы я был против… а нет, совсем не против. Я ж не дурак от такого отказываться! Или дурак? Или умный? Что то я совсем запутался. Но делать что то надо и кажется я знаю что…

— Нет, не надо! Только не со мной… Я стесняюсь и слишком молод, чтобы совершать умные поступки. Хочу творить добро, любовь и разврат без обязательств.
Воспользовавшись приемом Ольги — скользкий угорь, — я выскользнул из объятий ханьки, изобразив муки совести и раскаяния.
Не проканало, и мне не поверили. Потому как попытались напасть еще раз, а потом еще. Спасла ситуацию Катя, которой я послал сигнал тревоги с коротким сообщением: « Помогите! Хулиганка чести и достоинства лишает».
Сестра телепортировалась ко мне в тот момент, когда меня зажали в углу и невзирая на чины и звания, стаскивали брюки. Нет, разврата я хотел и даже очень, а вот жениться нет. А с этой по-другому не получится.
— А что тут происходит и почему ты, братик, так тяжело дышишь? Тебе плохо и Линь пытается тебя раздеть, чтобы положить в кровать?
— Точно, в кровать, — сдула ханька непослушную челку. — Но сначала раздеть!
— Ваше Высочество, вам не кажется, что с этим лучше справятся слуги? Давайте, вы приведете себя в порядок, а я провожу брата. К тому же скоро конференция начнется, и ему надо к ней подготовиться.
Не успела та и слова сказать, как сестра, схватив меня за руку, проворно утащила из кабинета.
— Я твой должник, — облегченно выдохнул я. — Чуть не совратила, самка озабоченная.
— А чего сопротивлялся? Тебе же она вроде понравилась.
— Ага, сначала просто дружить, а как узнала, что я маг, так давай детей делать. Да фиг ей по всему лицу! Пусть теперь страдает и становится в очередь всяких цыпочек. А я посмотрю и выберу. Список-то большой, а мест мало.
— Отец хочет, чтобы ты женился на Линь.
— Так я и не против. Но пусть сначала немного помучается от неразделенной постели. Могу я немного походить, задрав нос, надувшись от пафоса и гордости?
— Можешь, только не лопни. И вообще, пошли к тебе. Надо тебя приодеть и проконтролировать, чтобы никто не влез.
— Да я как-то и сам могу одеться. Если что, Марина поможет.
— Знаю, как она тебе помогает. От ее стонов у мамы на грядке помидоры краснеют. А будешь брыкаться, позову Олю.
— Не надо Олю, давай лучше ты.
От мысли, что она будет меня касаться, меня пробрала