Деньги. Красивая жизнь. Собственный особняк в курортном городке «для избранных».От такого предложения у тихой официантки точно закружится голова! Что от нее требуется? Только сыграть роль богатой наследницы, которая, как утверждает ее тетя-опекунша, лечится в санатории после автокатастрофы.Однако чем дальше, тем больше возникает у «подложной наследницы» вопросов. Кто следит за ней? Почему вся прислуга в доме явно что-то скрывает? И главное – что в действительности случилось с той, чью роль она играет?!
Авторы: Тихонова Карина
двери. Но разглядеть, что за ними происходит, было невозможно. Сквозь стекла отражались лишь ломаные тени, напоминающие человеческие фигуры.
Я дошла до второй арки и шагнула на ступеньку, ведущую вниз.
Так и есть. Здесь располагался бар.
Комната была небольшой, но очень уютной. Вдоль стен стояли мягкие диванчики, верхний свет отсутствовал. Настенные бра излучали мягкий приглушенный свет, играла негромкая фортепианная музыка.
Не успела я сориентироваться, как меня окликнул женский голос:
– Женя!
Я повернула голову вправо и прищурилась Мне призывно махала рукой женщина, сидевшая за одним из столиков. Черт, вот неприятность! Встреча со «старыми знакомыми» вовсе не входила в мои планы!
Однако делать было нечего, и я двинулась навстречу судьбе.
– Привет!
Женщина приподнялась с места, перегнулась через столик и приложилась к моей щеке. От нее упоительно пахло хорошими духами.
– Привет, – ответила я.
– Давно приехала? – спросила женщина, усаживаясь на диван. Мне пришлось сесть напротив нее.
– Давно. В начале сентября.
– Да, мне Люся говорила, что видела тебя в «Лунном береге».
Я вспомнила женщину, помахавшую мне рукой в ресторане. Выходит, это Люся. Что ж, буду знать, на будущее пригодится.
– Что это тебя нигде не видно? – продолжала женщина.
Я пожала плечами.
– Да так… Приболела…
– А выглядишь прекрасно! – не согласилась моя неизвестная знакомая.
– Спасибо, ты тоже…
– Смеешься?!
В голосе женщины зазвучала обида.
– Почему это? – не поняла я. В баре царил полумрак, но мне казалось, что моя собеседница хороша собой.
– Потому, что впрыскивание разошлось! – ответила она. – И на лбу, и возле губ… Вот, пришла на повторный сеанс. Видишь, опять морщины полезли?
– Не вижу, – ответила я честно.
– Да ладно врать-то…
Я умолкла, опасаясь ляпнуть что-то ненужное.
– Рассказывай! – велела женщина и потянула через соломинку жидкость из большого бокала.
– Что рассказывать? – не поняла я.
– Как что? – удивилась женщина. – Все! Как отдыхала, как лечилась…
– Нормально, – ответила я уклончиво.
– Твоя тетушка пустила слух, что ей удалось нечеловеческими усилиями вытащить тебя из наркотиков…
Я невольно фыркнула.
– Вот-вот! – поддержала меня собеседница. – Стервятница проклятая! Сначала посадила на «колеса», а потом лечить принялась! Мать Тереза, блин!
Я снова промолчала.
– Не понимаю, какого черта ты терпишь, – сказала собеседница после минутной паузы. – Хотя это твое дело… Ну, ничего, скоро все деньги будут твои. Тогда и дашь своим родственникам под зад коленом. Правда?
– Посмотрим, – ответила я уклончиво.
– Ну, как знаешь, – повторила собеседница. – Твое дело… Да! Ты слышала о новом скандале в благородном семействе?
– В каком семействе? – не поняла я.
– В твоем! – удивилась женщина. – В чьем же еще? Твоя тетушка поймала твоего дядюшку с очередной пассией. Девочка из какого-то кордебалета. Говорят, чудо, как хороша…
– Господи, – пробормотала я. – Она не первая и не последняя…
– Как сказать, – загадочно произнесла моя визави. – Говорят, твоего дядюшку основательно пугнули.
– То есть?
Собеседница пожала плечами.
– Это только слухи, – пояснила она. – Нет, то, что девочке сломали ножку, это факт. Говорят, что дядюшку твоего основательно помяли. И вроде бы Елена Борисовна пообещала его кастрировать, если поймает на очередном приключении.
– Да ты что!
– А сама ты ничего не видишь?
Я пожала плечами.
– Вроде бы ничего…
– Да?
Собеседница саркастически фыркнула.
– Чего ж он сидит возле своей супруги, как привязанный? А? Помнится, раньше он предпочитал раздельное существование: жена здесь, он в Москве…
Я пожала плечами. Чего не знаю, того не знаю. Но не признаваться же в этом вслух!
– В общем, прижала супруга к ногтю, – подвела черту моя знакомая. – Не понимаю я твою родственницу. Совершенно не понимаю. Какого черта она цепляется за этого придурка? А ведь цепляется!
– Может, она его любит? – предположила я.
– Может быть, – задумчиво ответила моя знакомая.
Тут в зал вошла девушка в белом халатике, подошла к нашему столику и негромко сказала:
– Прошу прощения. Ольга Леонидовна, вас просят в кабинет.
– Иду, – ответила моя собеседница. Слава богу, хоть имя ее я теперь знаю.
Девушка вышла из бара, Ольга поднялась из-за стола.
– Приезжай ко мне, – пригласила она. – Я после впрыскивания посижу несколько денечков дома, пока
