Я и мое отражение

умирают, – ворчливо произнесло благоразумие.
И я была вынуждена с ним согласиться. Добралась до кровати, свалилась на нее и необыкновенно быстро уснула.
Наутро меня разбудил телефонный звонок. Спросонья я потянулась к городскому аппарату, стоявшему на тумбочке возле кровати. Но потом сообразила, что звонок мне незнаком.
Я села на кровати. Огляделась.
Звонок шел откуда-то со стороны кресла. Вернее, со стороны журнального столика, на котором лежала моя сумка. А в сумке находился мой мобильный.
Я вылезла из постели. Добрела до сумки, пошарила в ней и извлекла свою трубку. Мобильник надрывался переливчатой птичьей трелью.
Интересно, кто может мне звонить?
Я посмотрела определитель номера.
Черточки. Номер не определился.
Отчего-то я испугалась. Наверное, потому что вспомнила о Викторе. Неужели он каким-то образом разузнал мой номер?!
Не может быть!
Я нажала на кнопку включения сети и дрожащим голосом сказала:
– Алло…
– Лера!
Я вздрогнула еще раз и присела на подлокотник кресла. Я уже отвыкла от своего настоящего имени, и оно подействовало на меня, как электрический разряд.
– Слушаю, – прошептала я.
– Узнаешь?
Я пожала плечами. Голос был мужской, смутно знакомый, но определить, кому он принадлежит, я не смогла. Поэтому честно ответила:
– Нет.
– Юрий Васильевич, – представился собеседник иронически.
– Не знаю тако… – начала я, и тут же вскрикнула:
– Дядюшка!
– Если хочешь, можешь называть меня так, – милостиво разрешил родственник.
– Где вы? – закричала я.
Дядя засмеялся злым смехом.
– Так я тебе и сказал!
– Нет, я не к тому…
Я спохватилась, что слишком громко ору, перешла в гардеробную, из нее в ванную и плотно прикрыла дверь. Села на любимое место – опущенную крышку унитаза – и зашипела в трубку:
– Бегите оттуда! Быстро!
– Лена знает? – спросил дядюшка.
– Знает!
– Откуда? – в упор поставил вопрос дядя. – Ты заложила?
– Да нет, все было не так, – начала, но тут же махнула рукой и перестала оправдываться.
– Да какая разница! Главное, что она все знает! Так что бегите! Иначе вас убьют!
– Это я уже понял, – отозвался дядюшка со странным благодушием. – Поэтому и звоню. Ты вот что, Лера, поговори с моей благоверной. Скажи, что я записал признание на видеокамеру и отправил кассету одному моему бывшему коллеге. Ты скажи про коллегу, она поймет… Если со мной что-то произойдет – все! Лена не выплывет ни при каких условиях! Тем более, что денег у нее не будет даже на хорошего адвоката! Так и передай! Поняла?
– Поняла, – сказала я послушно.
– И еще. Скажи, если она оставит меня в покое, то я мешать не стану. Пускай живет, как хочет. За определенную сумму, конечно. Поняла?
Я усмехнулась.
– То есть я так понимаю, что вы готовы меня сдать со всеми потрохами. Пускай меня убивают, вам-то что…
– Дура! – раздраженно огрызнулся дядя. – Все наоборот! Я на твоей стороне! Ты только наследство получи, а дальше – мое дело. Лена тебя не тронет.
– Это почему? – удивилась я.
– Потому что не успеет, – ответил дядя коротко. И спросил:
– Все запомнила?
– Все.
– Тогда действуй.
И мне в ухо понеслись короткие гудки.
Я отключила аппарат и издала вздох облегчения.
Со вчерашнего дня мою совесть тревожил один вопрос: как предотвратить убийство дядюшки? Нет, человек он, конечно, омерзительный. Можно сказать, гаже не бывает. А может, и бывает, просто я таких не видела…
Неважно. Мне не хотелось, чтобы любой человек, даже такой паскудный, погиб из-за меня.
Это ведь я рассказала про дядюшкин план устранения жены! Значит, косвенно была бы виновна в его смерти!
Такого камня я на душу брать не хочу. Я вообще не хочу брать на душу чью-то жизнь. Я хочу выпутаться из истории, в которую попала исключительно по собственной дурости, – и все.
Выпутаться так, чтобы никто при этом не пострадал.
– Гуманистка! – похвалило меня благоразумие.
– А как же, – ничуть не обиделась я.
– Тогда вперед! – поощрило меня благоразумие.
И я начала действовать. Набросила на себя халат и, даже не умывшись, побежала в коридор. Остановилась напротив комнаты тетушки, стукнула в дверь.
Тишина.
Я сбежала вниз по лестнице и спросила у дворецкого:
– Елена Борисовна дома?
– Добрый день, – начал корректный дворецкий.
– Добрый, добрый… Так она дома или нет?
– Елена Борисовна завтракает в столовой, – величественно ответил мне дворецкий.
Я обогнула холл и побежала к тетушке.
Тетушка