Я ищу тебя

тихо спросила Джулия, глядя на посеревшие от времени, вытертые, щербатые доски пола. – Неужели не хочется обрести то, чего не можешь получить здесь?
– Нет, – не задумываясь ответил Логан. – Все остальное для обыкновенных серых людишек, а мы с тобой выше их.
И, безошибочно уловив реплику партнера, протиснулся мимо Джулии и мгновенно превратился в Джеймса. Джулия, озабоченно хмурясь, рассеянно погладила складку ветхого бархатного занавеса и подалась вперед, чтобы лучше видеть сцену. Заметив Арлисс, ожидавшую в противоположной кулисе, она помахала подруге рукой и в ответ получила широкую улыбку. Слава Богу, кажется, пьесу ждет настоящий успех.
В воздухе витали едкие назойливые запахи краски, грима, пота и сальных свечей. Все, казалось, шло своим чередом, но Джулия, потянув носом, почувствовала что-то непривычное в этой удушливой атмосфере. Девушка настороженно огляделась. Все в полном порядке… Но никогда не подводившая интуиция подсказывала: что-то неладно. Уже всерьез встревоженная, Джулия повернулась к рабочим и плотникам, готовившим очередную смену декораций. Интересно, заметили они что-нибудь? Кажется, нет.
И тут Джулия неожиданно ощутила, что откуда-то потянуло дымом. Только не это! Стараясь не поддаваться панике, она вдохнула поглубже;
Может, это ее разыгравшееся воображение? Нет… она не ошиблась!
Девушка с заколотившимся от ужаса сердцем окончательно растерялась, не зная, куда броситься. Восемнадцать лет назад пламя уничтожило театры на Друри-Лейн и Ковент-Гарден. Сотни людей не только сгорели, задохнулись, но и оказались жертвами ужаса. Несмотря на то, что с огнем удалось справиться довольно быстро, множество несчастных были растоптаны обезумевшей толпой. Еще несколько секунд – и ей надо выходить на сцену… что-то говорить… Может, лучше предупредить публику?! Но она даже не знает, действительно ли что-то горит!
И словно в ответ на невысказанный вопрос задник вспыхнул ярким пламенем – должно быть, светильник стоял слишком близко, и теперь оранжевые языки жадно лизали покрытый краской холст. Актеры застыли от ужаса; в зале послышались пронзительные вопли.
– Господи, – прошептала Джулия. Рабочие, изрыгая проклятия, оттолкнули девушку, а сами ринулись на сцену.
– Иисусе сладчайший! – воскликнул Уильям, зачарованно уставясь на разливающееся по сцене неестественно яркое сияние. – Дамон, немедленно уходим!
В ложах творилось нечто невероятное – люди, сообразив, что происходит, кричали, дрались, отталкивали друг друга, стремясь добраться до выхода. Женщины пронзительно визжали, мужчины куликами прокладывали себе дорогу.
Дамон мгновенно понял, какая опасность им угрожает. Чудо, если актерам удастся потушить пожар. Водяные цистерны, установленные над сценой, вряд ли помогут, несмотря на лихорадочные усилия рабочих и бутафоров. Пламя быстро пожирало ткани и дерево. Сквозь клубы дыма Дамон заметил стройную фигурку Джулии, пытавшейся сбить огонь мокрой тряпкой. Бешенство и смертельный страх стиснули сердце Дамона. Она не ушла! Осталась и работает наравне с мужчинами!
– Черт бы тебя побрал! – завопил он, но голос потонул в испуганном реве толпы. Однако для Дамона в этот миг не существовало ничего, кроме отчаянной потребности быть рядом с Джулией.
Выбежав из ложи, он пробился к одной из величественных лестниц, ведущих в большое фойе на первом этаже. Люди скатывались вниз, падали, кричали. Уильям старался держаться подле брата, боясь, что потеряет его в свалке.
– Давай попробуем через боковой вход, – пропыхтел он. – Там меньше народу.
– Иди туда, – велел Дамон не оборачиваясь, – а мне надо за кулисы.
– Зачем? Джулия? Но там полно мужчин, которые о ней позаботятся. К тому времени как ты доберешься туда, она уже будет в безопасности, вот ты можешь оказаться в ловушке.
– Она не уйдет, – хрипло пробормотал Дамон, вцепившись в перила. Наконец ему удалось спуститься на несколько ступенек. Уильям, тяжело дыша, пытался не отстать от Дамона.
– Всякий, кто настолько глуп, что остается в этой геенне огненной, заслуживает своей участи. – – Но поняв, что Дамон не слушает его, выругался:. – Будь я проклят, если последую за тобой! Героя из меня не получится!
– Я требую, чтобы ты уходил!
– Нет! – разъяренно прошипел Уильям. – С таким везением, как у меня… Ты, пожалуй, погибнешь на пожаре, а мне придется взять на себя все твои обязанности… Нет уж, придется рискнуть.
Не слушая нытье брата, Дамон одолевал ступеньку за ступенькой. Наконец они очутились у дверей, за которыми находились партер и оркестровая яма, и мгновенно попали в настоящий бедлам.
Труднее всего