Я ищу тебя

ей нотации, словно она поощряла этих… Неужели то, что она сама зарабатывает себе на жизнь игрой на сцене, дает кому-то право набрасываться на нее? Почему считается, что женщина должна обязательно находиться под покровительством мужчины?!
Вскочив с постели, девушка повернула ключ в замке, отгородилась от Дамона и всего мира, оставшись в тесном замкнутом пространстве. Она медленно побрела назад, устало потерла ладонями лицо и с удивлением обнаружила, что щеки все еще мокры от слез.
До сих пор Джулия не подозревала, насколько ненавистно Дамону ее занятие. Они зашли в тупик. Дамон заставит ее сделать выбор – он никогда не допустит компромисса. Профессия актрисы не слишком уважаема в обществе, и ни один добропорядочный муж этого не потерпит.
Джулия в отчаянии заметалась по комнате, обхватив себя руками. Возможно, пройдет несколько лет, и она встретит кого-нибудь еще… человека, лишенного аристократической надменности и высокомерия лорда Савиджа. Он будет мягче характером, смирится с ее стремлением к независимости и станет неплохим мужем.
Но совместное прошлое навсегда свяжет ее и Дамона, как бы она ни пыталась об этом забыть. Те же силы, что свели их когда-то, не дадут окончательно порвать все отношения. Какую ошибку она совершила, годами скрываясь от мужа, надеясь, несмотря ни на что, что в один прекрасный день он исчезнет! Сменила имя и образ жизни, наивно полагая, что они никогда не встретятся. Не надо было убегать – следовало давно все обсудить и прийти к разумному решению.
К несчастью, жалеть поздно. Джулия ощущала, что ни к кому больше не испытает столь неодолимого притяжения, страсти, безумного восторга обладания. И если она предпочтет все это славе и поклонению, Дамон щедро вознаградит ее – даст роскошь, богатство, дом, детей… Но пожертвовать сценой – все равно что лишиться руки или ноги, и когда-нибудь Джулия возненавидит мужа за неспособность заполнить сосущую пустоту в душе.
Прислонившись лбом к окну, Джулия тупо смотрела в пространство. Леди Аштон будет куда лучшей женой для Дамона. Полин ничего не надо, кроме его имени и титула, и она не станет требовать уступок, на которые Дамон не в состоянии пойти.
После бессонной ночи Джулия кое-как натянула на себя одежду и отправилась в театр под густой вуалью. Правда, предосторожность оказалась тщетной – в этот ранний час на улице почти не было прохожих. Войдя в здание, она увидела стоявшего на сцене Логана. Тот внимательно рассматривал новый задник, но его поза выказывала, что мужчина озабочен иными мыслями, которыми он ни с кем не желал делиться.
Услышав шаги Джулии, Логан обернулся. Видимо, его нисколько не удивило столь раннее ее появление. Он легко втащил се на подмостки и тут же отнял руку.
– Отвратительно выглядишь, – заметил он.
– Не выспалась, – буркнула Джулия, выдавив фальшивую улыбку. – Нечистая совесть.
– Избавляйся от этой ненужной обузы, – посоветовал Логан. – Я, во всяком случае, давно забыл, что это такое, и с тех пор сплю, как младенец.
– Потом объяснишь, как тебе это удалось, – полушутя предложила Джулия.
– Вот именно, потом. У меня не слишком приятные новости. В «Кепитл» пришла записка на твое имя, и ее переслали сюда. Насколько мне удалось узнать, кто-то из твоих родных болен.
– Мама, – прошептала Джулия, задохнувшись от страха.
– Нет, кажется, отец. Подробности мне неизвестны.
– Отец?! – ошеломленно воскликнула девушка. – Не может быть! Он никогда не болел, он.
Она замолчала, растерянно уставясь в какую-то точку перед собой. Наверное, в самом деле случилось нечто ужасное, иначе Ив никогда бы не позвала дочь. Невозможно представить отца прикованным к постели. Он такой крепкий… и не страдал ничем, кроме легкой простуды.
– Собираешься ехать? – спокойно осведомился Логан.
– Вряд ли. Нет времени, завтра премьера.
– Я отменю спектакль. Сыграем во вторник. Джулия, окончательно сбитая с толку, взглянула на Логана. Он никогда не решался на такое – еще один из его незыблемых принципов.
– Почему? – тихо спросила девушка.
– Сможешь вернуться ко вторнику? – поинтересовался он, не отвечая.
– Разумеется, – кивнула Джулия бесконечно тронутая столь внезапным проявлением доброты. – Большинство антрепренеров на твоем месте ни за что не отпустили бы меня. Такого я не ожидала.
Логан пожал плечами:
– Заставь я тебя играть завтра, и ты напрочь испортила бы мою пьесу.
– Ты мог бы отдать poль Арлисс, – предложила девушка. – Она выучила мои реплики. Нет нужды ждать до вторника.
– Роль твоя. Никто не сумеет так ее сыграть.
– Спасибо, но…
– Поезжай к отцу. Постарайся помириться