Когда к другой уходит любимый, потому что она — богата, а ты — нет; когда одна в чужом городе с ребенком под сердцем; когда мечты втоптаны в грязь, выход один — месть!Лика Королева, по прозвищу Маркиза, переступила черту, теперь над ней нет закона, и она сама судья и палач.Слишком жестока. Слишком опасна. Слишком умна.
Авторы: Седов Б. К.
телевизоры у нас тепереча всем доступны. Просто кое-что проанализировала. Короче, с ученицей я ее знакома была. В одном бараке парились. Да ты и сам о ней должен был слышать, когда совместную с Галькой рекомендательную маляву стряпал.
— Да-да-да, припоминаю чего-то. Девушка, что с сестрой в изоляторе была. Маркизой, кажется, кличут.
— Точно, — опрокинув стопку водки, произнесла Рысь. — Крутая, замечу, девушка. Я ее после себя смотрящей назначила.
— Да уж, есть женщины в русских селеньях, — заключил Стилет, и старые знакомые плавно сменили тему разговора, предавшись воспоминаниям о своей бурной молодости.
— А может, со мной в гостиницу? — предложил уже захмелевший Стилет. — Освежим в памяти то, что давно поросло травой.
— Нет, Артемушка. Не обижайся. Что было, то прошло. И я уже не та. За столько лет скитаний по лагерям и тюрьмам охладела я к мужикам. Пойми.
— Чего ж не понять. Понимаю. В общем-то, и мне сегодня до дому дорога. Но из-за тебя, дорогуша, до утра, как бывало, остался бы.
— Мне лестно это слышать, но, увы, годам не прикажешь.
Они обнялись, выпили еще по рюмочке и, попрощавшись, возвратились каждый к своей реальности.
На следующий день Артем Стилет и сопровождавшие его Кувалда с четырьмя бойцами вернулись в Петербург. Город приветствовал их солнцем и теплым июньским ветерком. Радость от сознания, что все проблемы смотрящего за питерским общаком решены, омрачала лишь смерть верной кореянки, достойная замена которой вряд ли будет найдена в ближайшее время.
Именно с такими тяжелыми мыслями законник ступил на родную питерскую землю, спустившись по ступенькам скорого поезда «Москва-Санкт-Петербург».
На платформе его уже ожидала братва, почему-то заметно приунывшая и особо не выказывавшая радости по случаю возвращения пахана. Этого не мог не заметить и Стилет, который сразу же что-то шепнул на ухо Кувалде. Тот, в свою очередь, подскочил к бригадиру встречающих и принялся его о чем-то расспрашивать. Бригадир, опустив голову, словно напроказивший ребенок, слушал вопросы Кувалды, не разу не перебив громилу. Кому-кому, а ему было прекрасно известно, что телохранитель Стилета, эта двухметровая стотридцатикилограммовая гора мышц, способная нанести смертельную травму просто при случайном толчке, ой как не любит, когда его кто-либо перебивает. За исключением Стилета, конечно, и еще нескольких уважаемых воров, вроде Деда Хасана. Когда Кувалда закончил расспрашивать, бригадир, потупив глаза, стал держать ответ.
Без тени каких-либо эмоций внимательно выслушав бригадира, Кувалда вернулся к Стилету и поведал ему о причинах уныния, исказившего лица встречающей авторитета, братвы.
— Как так не сумели? — пришел он в неописуемую ярость от услышанного. — Она, значит, сумела, эта маленькая хрупкая девушка, а вы не сумели… — обратил он уже свой гнев к браткам. — Не сумели выполнить такой малости — забрать тело Чои из морга! Тело нашей с вами спасительницы!
Те, кто в этот момент видел Стилета и братков со стороны, могли стать свидетелями поистине забавной картины: десятка два вжавших головы в плечи здоровенных амбалов, выстроившихся кружком, в центре которого пожилой мужчина, почти старичок, словно воспитатель в детском доме, свирепо размахивает руками, явно отчитывая их за какую-то провинность.
— И кто вы после этого? Кто?! — уже перешел на крик Стилет. — А может, вы вообще не со мной? Может, только и ждали, что кто-нибудь там порешает, да и уберет старого Стилета куда подальше? А? Я вас спрашиваю! Отвечайте живо!
— Да нет, что вы. Как можно. Да мы за вас, — забубнили братки.
— Заткнитесь. Видеть вас не желаю. И чтобы к вечеру тело кореянки было похоронено как положено по ее вероисповеданию. Вам ясно?! — гаркнул Стилет и в сопровождении Кувалды и тех четверых, которых он брал в Москву, направился к выходу из вокзала, где его уже ожидал заранее подготовленный автомобиль.
— Кувалда, позаботься, чтобы эти балбесы все сделали чисто. И чтоб, не дай Бог, на меня каких подозрений не налепилось.
— Не беспокойтесь, все будет в лучшем виде. Возьму под личный контроль со всеми вытекающими, как говорится, — заверил вора телохранитель.
По приезде в Сестрорецк Кувалда демонстративно проводил не на шутку взбешенного законника в его апартаменты на третьем этаже. Затем, спустившись вниз, построил во дворе нерадивых братков и заявил:
— Значит, так, бойцы. Сейчас вернетесь в Питер, облюбуете какой-нибудь ресторан и затеете там драку. Да чтоб шумной была и с последствиями. Для вас. Иными словами, придется вам некоторое время на казенных
